Наконец, всё это смыла волна жара, когда чужие-свои губы коснулись шеи, и шёпот оглушил: — Я не шутил, когда говорил, что люблю, когда ты командуешь.

Благородство редко доводило Шена до добра. Поэтому, когда он, в очередной раз наступая себе на горло, стремится поступить «правильно», Муан пытается убедить его хоть раз побыть эгоистом.

И вот теперь, когда выпала редкая возможность не только побыть одному, но и более-менее не переживать о сохранности Шена, старейшина пика Славы совсем бесславно… трусил. То, что он задумал, было слишком смущающим, чтобы просто взять и сделать.

Муан и Шен вновь используют возможность уединиться и продолжают изучать способы удовлетворить друг друга.

После всего пережитого Муан и Шен, наконец, остаются наедине. И используют эту редкую возможность с пользой — для того, чтобы любить друг друга (и, конечно, разговаривать).

Едва выбравшись из деревни Красного хлопка, герои попадают в новую, куда более опасную ловушку.

В тот день многое изменилось. В тот день он стал одним из представителей третьей, самой малочисленной группы — тех, кто видел в игре… игру. Кто действительно участвовал в ней забавы ради, но не для конфликтов и склок. И с тех пор он выходит в лес вместе с братьями не ради того, чтобы с кем-то подраться или кого-то уличить, но ради того, чтобы развлечься. Вампир-Шен и оборотень-Муан, как обычно, любят нарушать правила (и друг друга).

Шену пора бы уже усвоить, что рояли в кустах - штука ужасно непредсказуемая.

Шен решает устроить себе выходной на горячих источниках, но Система требует, чтобы он продолжал двигать сюжет.