Сказка о молодом драконе, которому по ошибке сделали подношение в виде шестнадцатилетнего юноши. Как же он поступит по своим подарком: убьет ли, сделает из него секс-игрушку или же подарит тепло и уют, которого парень никогда не знал?

Кавех – молодой преподаватель, подающий надежды. В один из дней к нему наведывается его старый знакомый с просьбой погостить на время учёбы. И всё бы ничего, если бы последний не был по уши влюблён в блондина, о чем Кавех даже не подозревает.

После событий на Пенаконии Авантюрину явно нужен отдых и поэтому Веритас решил отвезти его в отпуск на свою родную планету

Говорят Сумерская башня хранится в чаще темного леса, столько тайн и красот в ней таится. Дракон там могучий покои хранит, а принцессу в башне таит. Лишь чистый душой, с сердцем добрым и мудростью вечной, смог бы добраться до вершины темницы. Или история о том, как Кавех отзывается на поручение в Гильдии, надеясь улучшить свою жизнь.

AU, в которой Веритас Рацио — непризнанный скульптор, вынужденный создавать статуи для публичного дома, а Авантюрин — раб, ставший его музой.

Мой экспериментик. АУшка, в которой все Архонты правят своими регионами. И не просто правят, а ведут себя полностью противоположно канону. В общем, это Тейват наоборот с примесью реальных событий, но к тому же с пейрингами. Ибо и у Архонтов есть свои фавориты

Говорят, после смерти все мы видим свет в конце туннеля, который прямо-таки манит к себе. «Да черта с два, а не свет», — думает Кавех, который самую малость умер. Да, умер, но почему-то не упокоился с миром, а вполне себе бодр и весел, разве что слишком холодный, чуточку не дышит и сердце немножко не бьется. Поисковик, на вполне закономерный вопрос, не дает совершенно никакого ответа, только лишь подкидывает рекламку какого-то медиума, на которую, за неимением иных вариантов, кликает Кавех.

— Может, мне хотелось вас впечатлить, — Келус улыбается, пряча неловкость за показной уверенностью. — Больше было похоже на то, что тебе хотелось пасть смертью храбрых. — Ну, это бы точно вас впечатлило! Дань Хэн хмыкает. Он знает Келуса от силы час, но уже кое-что понимает про них обоих. Про таких, как Дань Хэн пишут в смертных приговорах, про таких, как Келус — в некрологах. Кажется, они сработаются. Сборник драбблов, о том, как они живут, влюбляются и думают, что с этим делать.

И что же такое эта самая ваша любовь?.. У старых-добрых стикеров от жвачки есть пара вариантов ответа

Последнее, чего хотелось, это удостаивать одного из “женихов” своей матери отдельным вниманием. Но Антиной это заслужил. Была бы воля Телемаха, он бы пошёл и порезал этого паршивого пса на мелкие кусочки.

Кожа на спине горела. Там, где удар пришёлся не один раз — с размаху, вслепую. Камень под лопатками был холодным, как чужие пальцы на горле. Во рту — вкус меди. Он не знал, откуда пошла кровь: из губ, из носа, или изнутри, от чего-то сорванного. Она стекала по подбородку, и капли падали на пол — в тишину. Ему хватило бы одного движения, чтобы вырваться. Но он не шевелился. Не от страха. — Теперь ты доволен? Добился, чего хотел? Одна капля — солёная, прозрачная — скользнула вниз.

«Кто сражается с чудовищами, тому следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем». Простая истина, которую Миками Тэру выучил ещё с детства. И почему-то слишком поздно осознал, что ни он, ни Кира, потерявший львиную долю своих божественной недосягаемости и святости, её не соблюли.

Ему всегда казалось, что Боги - это нечто идеальное и недосягаемое. Кажется, при жизни он часто к ним обращался, ощущая на себе всё величие и трепет перед храмами жителей небес. Но открыв глаза после своей смерти Хайтам, как его теперь звали, увидел перед собой не величественного героя мифов и молитв, а перепачканного и взъерошенного юношу, что с задорной улыбкой протягивал ему руку. И это и есть его Бог? Но выбирать не приходится, остаётся лишь принять чужую ладонь и войти в новую жизнь.