— Ты рассматриваешь линии наших жизней? Они переплетены навечно, забыл? — Нефрит принялся разливать зеленый чай, — ты сегодня молчалив. Ты хорошо себя чувствуешь? — Да, — наконец выдавил Усянь не в силах наглядеться на непривычно приветливое и теплое лицо Нефрита. «Так вот, как бы выглядел Лань Чжань, если бы любил меня? А ведь такой могла бы быть наша с ним жизнь». — подумал Вей Ин.

Лань Чжань, признаться, никогда не думал, что когда-нибудь выйдет замуж. И вот его уже обряжают в свадебные одежды.

Только спустя два месяца жизни в теле Мо Сюаньюя Вэй Усянь замечает, что с ним что-то не так.

— Лань Чжань, мне нужно тебе кое-что сказать. Мне очень жаль, — Вэй Усянь на мгновение остановился, выуживая что-то из кармана своих черных джинсов. Из-за угла, под которым сидели двое мальчиков, Лань Цижэнь не мог видеть, что это за предмет, но он слышал, как Ванцзи резко вдохнул, когда тот прижался к его ладони. — Я беременный, Лань Чжань. На долю секунды Лань Цижэнь испугался, что его сердце может перестать биться. Беременный. Вэй Усяню было восемнадцать лет, и он был беременным.

–Лань Чжань! Лань-гэгэ! А-Чжань, а-Чжань, а-Чжань…– голос одноклассника, казалось, преследовал его целыми днями. Сперва он раздражал, потом выводил из себя, потом стал привычным, а потом…а потом Лань Ванцзи разучился существовать без него. Он был уверен, им хорошо вместе, он любит и любим, так почему же Вэй Ин однажды просто исчез?

Многие люди на смертном одре молят о перерождении с наилучшей судьбой. Вэй Ин же не просил новой жизни, но разве Небеса когда-то слушали его? В последний раз смотря на расплывчатое небо, он облегчённо выдохнул. Наконец его окутает тишина, никто не будет проклинать, завидовать его силе и одновременно опасаться её. Он желал очутиться в пустом пространстве и уснуть на века, но даже такая незначительная мечта не смогла осуществиться. Он вновь узрел чистое небо, но уже в другой эпохе.