Очевидно, мир где-то сломался. Тридцать шестым министром магии назначили Персиваля Игнациуса Уизли (без его на то согласия, следует заметить!) и через каких-то четыре месяца – убили. А потом он очнулся на своём рабочем месте. Полтергейстом.

Из его груди снова вырывается смешок, и он ударяет себя по щекам со звонким шлепком, чтобы пресечь это безобразие; ему нужно собраться. Да, всё будет хорошо; это нормально; такое случается — у них очень жестокий и хаотичный мир.

Цзян Чэн получил второй шанс, чтобы спасти дорогих сердцу людей и исправить все, о чем тайно сожалел. Но мужчина не желает ничего менять, ему, если честно, уже все равно. Он устал и хочет покоя. Мир заклинателей в этот раз сможет обойтись и без страшного Саньду Шэншоу. >Или: у Цзян Чэна проблемы, и единственный, кто замечает — Вэй Ин.

Ты вырос на войне. Ты сам выбрал свой путь, в попытке искупить вину, и прошлое никогда не отпустит тебя. Но ты всегда знаешь, что всё это - за Нарнию, за Государя.

Когда Шэнь Юань трансмигрировал в Шэнь Цинцю, самого отвратительного злодея, он решил, что лучшее, что он может сделать для предотвращения конца света - это избавиться от всех, кто может навредить Ло Бинхэ. Это значит, что он должен заставить Мин Фаня покинуть пик, поскольку Система не позволяет ему выгнать мальчика. Это не должно быть сложно. (Тем временем Мин Фань не понимает, почему шизунь разочаровался в нем.)

У Шэнь Цинцю глаза цвета свежей весенней зелени. Были. Теперь они тусклые, стеклянные, пустые, уставившиеся в серый каменный потолок. Лю Цингэ держал его тело в своих руках и не понимал, как же так вышло. AU, в котором вместо Лю Цингэ в пещерах Линси умер Шэнь Цинцю.

Теплым осенним утром главного ученика пика Цин Цзин нашли повешенным в собственном доме.

У Ло Бинхэ ручки-тросточки, и ощущение, что приложишь силу бóльшую — и сломаются. Хруснут, как хрупкий, тонкий фарфор, рассыпятся в ладони и не собрать потом мелкие осколки обратно в целую кость.

Ло Бинхэ плохо помнит своё детство, но он знает, что был человек, похожий на него: тёплый, надёжный и добрый к нему и матери. Ло Бинхэ помнит, что любил этого человека. Ло Бинхэ помнит, что у него был старший брат. (Или: Самолёт рождается, как близнец Ло Бинхэ, вместо Шан Цинхуа; как ни странно, это меняет многое и ничего одновременно.)

Первый пациент всегда особый. Как врач, Му Цинфан будет бороться за него до конца. Даже если он будет против. Даже когда все остальные сдались.

Это нечто, что могло случиться только с ним.

Сколько раз нужно проживать свою жизнь, чтобы сойти с ума? Шэнь Юань знает ответ на этот вопрос. Он потерял рассудок на тридцать шестой жизни.

Как может существовать мир, в котором Вэй Усянь жив, а Цзян Чэн — нет?

— Я так соскучился, даочжан… Пламя ревет. Золотой свет вспыхивает, опаляя его грудную клетку, поджигая тело, превращая его в пепел, и… Сяо Синчэнь открывает глаза. Делает рваный вдох, заполняя опустевшие легкие прохладным ночным воздухом. Сюэ Ян захлебывается на выдохе. — Сюэ Ян, — голос Синчэня сиплый, потому что горло саднит из-за сухости. Он протягивает дрожащую, побелевшую ладонь и вцепляется в запястье Сюэ Яна, впитывая его тепло. — Я тоже скучал по тебе...

— Шицзунь, этот ученик встретил странный цветок, — Ло Бинхэ лежит у него на коленях, шицзунь гладит по голове. — Он обитает возле лавовых озер и вызывает продолжительные галлюцинации, не отличимые от реальности. Мирные, по большей части. — Хм. Может быть, жертвы... свидетели утверждают, что чувствовали сладкий, молочный запах? — Не было никаких свидетелей, шицзунь, — Ло Бинхэ горько улыбается. — Из Бесконечной Бездны никто не возвращался. Рука в его волосах замирает.

Ло Бинхэ слышит каждое включение основного сервера – он до сих пор не знает, что это означает, но ему как-то все равно. Струны-нити на его запястьях натягиваются, призывая проснуться и вновь приняться за работу – Главная Система иногда бывает такой грубой. [Где Ло Бинхэ - это и Бин-гэ, и Бин-мэй, и раб Системы, созданный для того, чтобы быть тем, что хочет читатель.]