Никто не знал, что юный господин клана Не такой нежный. До этого вечера.

Совсем не холодно.

Пока он скромно мечтал об одном единственном, его дагэ забавлялся сразу с двумя братьями

— Да-гэ, – с хитрой улыбкой на тонких губах тянет Хуайсан приторно-сладким тоном. Маленькое пламя наполовину растаявшей свечи – единственного источника света в темных покоях – дрожит от каждого прерывистого выдоха, который издает Не Минцзюэ, стоящий на коленях и связанный по рукам и ногам, пока его младший брат, на первый взгляд слишком невинный для подобного, ступает рядом, осматривая крепкую спину, покрытую шрамами и красными полосами от врезавшейся в кожу веревки.

Хуайсан сладко спал, лежа прямо на нем: голова покоящаяся на животе Яо, рука чуть приобнимающая его. Пальцы Яо двигались по его шеи и плечу, кончиками нежно лаская мягкую кожу. – Разве А-Сан не сказал тебе остаться у Цзянов, если ты слишком устанешь, чтобы водить? – сказал Яо, смотря на Миндзюэ. – Я не слишком устал. Хотел вернуться домой, – тихо ответил Миндзюэ, – Убедиться, что вы оба в порядке.