Драко почувствовал, как внутри все похолодело, а сердце заколотилось где-то в желудке. Ему ни за что нельзя было отдавать фамильное кольцо. ...Это чертово кольцо было единственным, что спасало его от родового проклятья. И если он его снимет, то проклятье немедленно вступит в силу и уже ничего ему не поможет, и ждать его будет одно - медленная и мучительная смерть.

Все вернулись в Хогвартс на восьмой курс, а Гарри и его друзья, похоже, решили провести последний год в школе, гуляя по ночам, накачиваясь кофе, алкоголем и сладостями из «Сладкого королевства» и занимаясь разными детскими шалостями, которыми просто не могли заниматься во время войны. Драко наблюдает за ними в своей обычной манере: издалека, тихо, горько и безнадёжно влюблённо. И так продолжается до тех пор, пока Панси не решает, что с неё хватит.

«Мальчик, Который Выжил, женится» - кричал заголовок. Колдография: Поттер под руку с Уизли на приеме, в парадной мантии, она в длинном платье с глубоким вырезом, оба смотрят в камеру и смеются, машут руками. Счастливые, солнечные, лживые до глубины своих мелких гриффиндорских душонок. Тот Гарри, которого он знал, никогда бы не стал так радостно позировать Пророку. Тот Гарри, которого он знал, никогда бы не женился на Джинни Уизли.

Когда Гарри Поттер непреднамеренно разрывает их связь, прежде чем она смогла полностью сформироваться, Драко Малфой мирится с медленной смертью и решает не обременять Гарри родственной душой, которую он очень ясно дал понять, не хочет. Он никогда раньше не был самоотверженным, но ради Гарри может попытаться.

Когда Малфой случайно забеременел после пьяного траха с Поттером в клубе, Гарри даже и не предполагал, что сможет так легко в него влюбиться. >AU Драко - вейла и Гарри - оборотень!

Первое, что почувствовал Драко, смотря в пол, был просто невероятно крышесносный аромат свободной омеги. Он уловил запах молочного шоколада, зелёных яблок и океана. И его будто током прошибло, запах был до одурения великолепен, сногсшибателен. Малфой резко вскинул голову, надеясь быстро отыскать источник этого потрясающего аромата, от которого сердце билось как сумасшедшее, а сущность в груди восторженно ревела. И замер. Перед лифтом стоял Гарри, чёртов, Поттер и, что-то читая, ярко улыбался.

— Это ничего не значит, — для достоверности вносит ясность Рон, параллельно стаскивая с бедер Блейза пижамные штаны вместе с бельём. — Ты всё еще меня бесишь, и это ничего между нами не меняет. Я не гей. — Конечно, нет… — хриплым полушепотом отвечает Блейз... — Ты определённо точно натурал...

Немагическая АУ Драко Малфой — студент второкурсник на факультете психологии и социологии. Для своей курсовой работы он должен провести исследование на тему социальных сетей, его выбор — видео-чаты. Флафф. Много флаффа. Очень. Я предупредила.

Драко Малфой очнулся в альтернативной реальности. Ну или проснулся абсолютно выжившим из ума. Больше ничего не могло объяснить, почему Гарри Поттер внезнапно решил, что он его парень.

Он мечтал о том, как встретит свою пару, и они вместе создадут прекрасную семью, заведут собак и будут летать с детьми на метлах по вечерам, а по ночам обниматься и шептать нежности. Но удар под дых пришел откуда не ждали – Малфой часто писал ему обидные записки и, обычно, Гарри не открывал их, сжигая еще на подлете, но в этот раз, истосковавшись по хорошей драке, Поттер развернул бумагу и замер, немедленно теряя весь былой запал.

— А ты знал… — он замолк, его горло судорожно сжалось, и это было слишком заметно в тишине, нарушаемой только звуком ровного дыхания, доносившимся из соседней спальни. Скорпиус, его прекрасный, умный малыш, в ожидании глядел на него. У него был его разум. Его глаза, нос, рот и волосы. От Майкла ему достались только дикие кудри и зелёные радужки, и иногда Драко смотрел в них и воображал, будто он унаследовал их не от Майкла, а от кое-кого другого. — Ты — моя звёздочка в огромном чёрном небе.

— Ты будешь жалеть об этом, Поттер, — шепотом сказал Драко, смотря полуприкрытыми глазами вниз на его рот. — Когда вспомнишь, кто я. — Нет, — неслышно выдохнул Гарри и наклонился к его губам.

Когда Гарри исполняется двадцать пять, на его руке наконец появляются инициалы его судьбы: «Д.Л.М.». Но, кажется, Гарри не знает никого, кто бы под них подходил. — А как же Малфой? — спрашивает Гермиона.