Гэвин Рид вообще никогда не отличался способностью делать правильный выбор по жизни: если проще, его фото могло бы иллюстрировать значение слова «идиот» в новейшем толковом словаре английского языка – его феерические проёбы варьировались где-то между выбором трусов в горошек для той-самой-первой-ночи-с-девчонкой и-и-и… И – вот. Бессмысленной, не имеющей оснований, объяснения и права на существование влюблённостью в ходячий дилдак.

«Да отвалите вы от меня! – однажды вспылил Гэвин в ответ на очередной драматичный монолог фармацевта о неотвратимой встрече с его Истинным, которая поставит крест на всей этой эпопее с подавителями. – Не встречу я его никогда!» И охренительно проебался с этим громким заявлением.

Гэвин с девятнадцати лет находит себе временных партнёров на каждую течку. Он привык к тому типу альф, которых может привлечь его поведение, и ему всё равно. Какая разница. А вот Найнсу не всё равно. Слишком много раз он видел, как Гэвин приходит в участок после течки весь в синяках, и, когда ему предоставился шанс уберечь его от этого, Найнс воспользовался возможностью. (Если и были другие причины, по которым Найнс так ждал подобной возможности, Гэвину об этом знать необязательно.)

– Просто трах, – повторяет он, стоя под прохладными струями воды, и коротко, лающе смеётся. А потом трёт мокрое, колючее от трёхдневной щетины лицо. – Как же ты проебался, Гэвин Рид.

умные андроиды — один, тупые кожаные мешки — ноль.

...Это было уже слишком: одно дело – когда ты одиноко гоняешь в кулак за просмотром киберпорно, и совсем другое – когда у тебя встаёт от того, что говорящая консервная банка вылизывает тебе рот.