Что ей делать, к кому идти, где и как искать пропавшую без следа Йеджи? Как бы ни было это парадоксально и необъяснимо, но Рюджин не желала вестись на уговоры Ли и отказывалась верить в её нелепые абсурдные убеждения насчёт своей богатой фантазии. Рюджин отказывалась верить в то, что девушка по имени Хван Йеджи никогда не была солисткой их группы. Отказывалась верить в то, что она никогда не была знакома ни с одной из них. Отказывалась верить в то, что Хван Йеджи никогда даже не существовала.

Рюджин сгибается пополам, голос срывается. Дрожа, она хватается за рукав соседки, придерживаясь за стол. Внутри пульсирует вибратор. Мистер Чон напряжённо сжимается на стуле, услышав сдавленный женский стон. Хван увеличивает скорость на телефоне под любопытными взглядами группы.

Она улыбается, являя два ряда белых, как снег, зубов, и Рюджин не может не улыбнуться в ответ, заражаясь их ослепительным и обескураживающим блеском. У всех остальных людей была улыбка, у Хван Йеджи – вселенский источник добра, счастья, радости и вдохновения между изящными уголками губ,в пространстве которых девушка по имени Шин Рюджин бесследно тонула и чем каждодневно фактически дышала и жила. Жила – и так хотела надеяться, что этот уникальный, ничем незаменимый источник будет питать ее вечно.

Здесь, в глухой чаще, где дневной свет почти не пробивается сквозь плотные кроны деревьев, время останавливается, прошлое переплетается с настоящим, и ты, зашедший сюда, вряд ли сможешь выбраться таким, как был раньше. Лес меняет...

Привычный ночной железнодорожный рейс обещал быть для Ю Джимин самым обычным: уютное кресло, горячий чай и приятная дремота под мерное покачивание спящих вагонов. Но когда поезд вдруг начинает мчаться без остановок, гаснет свет, исчезают люди, а сам состав оказывается в прямом смысле слова бесконечным, Джимин понимает, что он везёт её совсем не туда и что сама она – не просто случайный пассажир в нём.