Конец начался и разыгрывался как по нотам не в этот подводящий всему итог январский день и даже не тогда, когда Мелло объявил, что дело пора заканчивать: он звучал безысходностью, отталкиваясь от стен главного зала приюта, ещё много-много лет назад. Но это не так важно. Важно, что до того, как покончить со всем, они тоже жили, как все. Может даже, сильнее, чем все.

2005-ый год, восточный Лос-Анджелес. Мелло пятнадцать. Обшарпанные деревянные скамейки, выкрашенные в светло-голубую краску, выстроились рядами вокруг стадиона. Июль печëт по тëмным волосам его нового знакомого, и купленное ими пиво уже давно нагрелось. Мелло теряется в мыслях, когда загорелая рука протягивает ему последнюю бутылку, а на пивных губах расползается улыбка: «В какой момент ты понял, что тебе нравятся парни?»

"...Услышав громкий звонок в дверь, Кель быстро подскочил и, достав из-за пояса кожаных брюк пистолет, открыл дверь. Там оказался весьма потрепанный и возмущенный Джейсон. И запыхавшийся. Мелло направил на него пушку и чернокожий мужчина вздрогнул. – Мелло? – неуверенно спросил он. Кель молча кивнул на Дживаса, лежащего на полу, не отрывая ледяного взгляда от доктора. – Если с ним что-нибудь случится… – Мелло не договорил, предоставляя шанс доктору самому все додумать..."

Мэтту для счастья нужно мало, Мелло - гораздо больше.

Михаэль знает, за что расплачивается в этом пустынном Аду. Не за убитых врагов, помощь мафии и боль, что он причинял окружающим — за смерть единственного друга. За его убийство. За то, что Майл Дживас тоже, скорее всего, попал в Ад. И Михаэль согласен заплатить. Только вот что бы на это сказал его друг?

Мэтт курит последнюю пачку сигарет, вспоминая прошлое.

«Разлука усиливает чувства, чувства усиливают разлуку». Бессмертный Дэмиен и смертный Пип.