Мы есть ночь. Mafia AU.

Он надвигался на них, окруженный бесчисленной армией, которая расползалась вокруг города саранчой, не оставляя пути для побега. На копья передней линии войск были насажены человеческие головы, пустые глазницы которых преследовали выживших во снах. Только никто из тех, на кого он обрушался, не выживал. Гук+Юн=Гукюн.

XVI. Юный наследный принц Империи Леодрафт Ким Тэхён из-за неожиданной смерти отца восходит на престол, совершенно не ожидая скорого нападения от соседних правителей. Молодой Король, чья законная территория — покрытые снегом горы Праосвен, пойдёт на всё, чтобы отомстить за гибель близких.

Criminal AU, где павший сегодня — завтра восстанет.

«Если бы я однажды предложил трахнуть его под Эйфелевой башней, на глазах у сотни туристов и зевак, он бы не задумываясь согласился, а я потому и не предлагал...» Или история о том, как молодой начинающий писатель из Британии встречает анархичного студента жадного к свободе, врываясь в самую гущу событий мая 1968 года. Их странные отношения зарождаются так же стремительно, как стихийные протесты на улицах Парижа.

Тебе кажется, что ты взрослеешь постепенно, но, черт возьми, однажды это хлестнет тебя как ветка в лесу, отпущенная впереди идущим.

Тэхён не интересовался футболом, но до сих пор носил потрёпанный брелок с чёрно-белым мячом на ключах от квартиры. Тэхён не любил кофе, но упрямо давился им каждое утро и отказывался начинать день без горькости на зубах. Тэхён не доверял Чонгуку, но продолжал рассыпаться на его простынях в надорванных вздохах. Тэхён ненавидел свою работу, но изо дня в день, смотря в зеркало, врал самому себе, что так правильно. — Хочешь расследовать это дело? Пытаешься очистить совесть таким образом?

Чонгук закрывает уши, чтобы не слышать этот истошный крик. Свой собственный крик — они не вернулись в пятницу домой.

Следующие сутки могут войти в историю человечества как самая глобальная катастрофа за последнее тысячелетие.

— Знаешь, почему Запад называют «Диким»?

Как не хотелось бы этого признавать, но в современном мире почти всё крутится вокруг денег. Вся жизнь зависит от того, сколько разноцветных бумажек лежит в твоём кармане и порой, чтобы просто выживать, приходится находить разные возможности заработка. Даже самые грязные. Но помимо денег в жизни существует нечто куда более важное. Или ау, где Чонгук подрабатывает в эскорте, а Тэхён… Ну он покупает лишь только его время.

Под проклятым небом в красные ночи мы были крещены пороком.

— Чем будешь расплачиваться за проигрыш? Телом, — чонгукова рука отрывается от капота и скользит по бедру омеги, останавливаясь возле паха, на что Тэхен слегка поджимает губы, сдерживая прокатившуюся по всему телу дрожь, — или тачкой?

— Освобождайтесь и возноситесь, мрази, — рычит он, вонзив катану в глаз аспида.

да здравствует наше лучшее будущее, освобождайтесь и возноситесь.

Наш бразильский пляж и одурманивающая пина колада, что блестит на твоих губах, освещенных закатным солнцем Рио.

Конный спорт – это две жизни, тесно переплетающиеся в одну, и, если ипподром покидает один, спорт должен покинуть и второй. А Ким Тэхён упрямо настаивает дать им шанс.

Дети-омеги всегда жили счастливо. Им было предоставлено много возможностей, их любили, боготворили, обожали, и они понимали свою значимость, думая, что омеги - занимают высшее место в обществе. Но как же они ошибались... Никто не подозревал, что творится за стенами дома, откуда уходят шестнадцатилетние дети, пока назад не вернули омегу.

«Плохой ли, хорошей рождается птица, ей всё равно суждено летать». И Тэхён тоже мечтает парить на сцене Сеульского театра. В планах попасть в престижную балетную труппу, сбежать из оков матери и вдохнуть полной грудью. Что же может не задаться? Жизнь — череда событий. Никогда не угадаешь, где окажешься завтра. Но Тэхён должен понять одно: если суждено — то точно сбудется.

Не позволь себе разбиться.