Янаги, честно, все еще не понимала, что значило «Ты моя.» произнесенное лидером накануне.

В его парадигме вселенной существует лишь одна девушка, носящая на себе выжженное-не-наяву клеймо «сестра».

Белль заметила, что после того, как брат спас её из каверны он стал более задумчивым и молчаливым. Сестра пыталась с ним поговорить, но он, будто не слыша её вопросов, начинал разговор о работе и прочим подобным темам. Ей это надоело и теперь разговор точно будет...

коляде бы хотелось быть (небытьникогданизачтонигде) холодным куском застывшего бетона или красным-красным (выцветшимрасколотым) кирпичом, какие её отец (неотецнизачтоникогда) пинал и какие пинали его, когда он показывал малышке стройку.

Маленькая девочка со взглядом волчицы, зачатая на поле брани, рожденная в казарме и воспитанная на полигоне. Крепкая, как металл, холодная, как первый снег и бритвенноостро заточенная тяжёлым точильным камнем. Покрытая невымываемым из волос пеплом, воспитанная гражданской войной и винтовкой. У шестизарядного револьвера DR-5, выпущенного в ХХХХ году и Солдата 11 есть лишь одно глобальное отличие: револьвер, несмотря на конструктивные изыски, всё ещё способен дать осечку.

- Почему ты не говорил что ты гей?! - А почему ты не говорила, что у тебя появился парень? Или рассуждения «Фаэтон» на тему романтических отношений, кратко двойняшник.

Вайз должен был принять Билли, одного из Зайцев, сегодня вечером. Принять, да пойти поиграть на игровых автоматах. Но угораздило Вайза вслух проговорить себе под нос несколько необычных слов, на которые Фея тут же среагировала. Её искусственный, но хорошо подражаемый людям голос, неожиданно раздался в помещении со множеством мониторов, из-за чего Вайз, всё ещё не привыкший к ней, едва ли не подпрыгнул на диване.

Всё утро на глаза Николь не попадались два озорных хвостика. В комнате её не было, да и на кухне тоже, и в гостиной... А ведь в последние дни та только и делала, что ухватывала рыбку побольше, да тараторила без умолку о своих прогулках.

Зайцы, убегая от преследователей вместе с банбу помощником в лице Вайза, сломя голову бежали по руинам внутри каверны. Вайз, а, точнее, его маленькая тушка банбу зайца, в данный момент находилась в руках Билли. Тот схватил его сразу же, как только почувствовал опасность, и всё, что оставалось делать Вайзу, это безвольно дрыгать крохотными ножками, да шевелить длинными ушками без какой-либо возможности спрыгнуть или коснуться земли.

Главное правило при встрече с медведем - вовремя притвориться мёртвым.

— Фея, можешь запустить трансляцию наших сериалов в разделённом экране? — Прошу прощения, госпожа, в таком случае сигнал не дойдёт ни до одной телевизионной антенны в городе. Желаете, чтобы Собез вышел на нас как на преступников? — Ты ведь искусственный интеллект! — Думаете, для нас не придумали никакой «цифровой» тюрьмы?

Только за дополнительную плату.

Пьяный девичник двух подруг, но одна из, как оказалось, своеобразно переносит спиртное.

Билли преспокойно смотрит комедию, а сидящая на его коленях Николь внезапно для себя обнаруживает, что от смеха всё его тело вибрирует.

Если кратко: у Вайза недотрах. К своему стыду и несчастью, он засматривается на одного суперпривлекательного андроида.

— М-м-м, а ты приятен на вкус. Для «кота». — По-хорошему, следуя законам природы... Охотиться на тебя должен я. — А мы и не на природе — мы в Нью-Эриду. Захочешь — в следующий раз поищем более «естественную среду обитания».

- Не вмешивайся в прошлое и будущее, - повторяет как мантру Харумаса, выдавливая из себя кривую улыбку. В голове Вайза пустота, горло сводит судорогой, когда золотые глаза медленно затухают, а тело обмякает. Харумаса всё ещё сжимает его руку мёртвой хваткой.

-А если... - Слова застревают в горле, но Вайз понимает, либо сейчас, либо никогда. - ... если это не жалость и вовсе не из-за болезни? Кажется, интонация выдаёт его с головой, но это совсем не важно, ведь Харумаса приближается, едва не столкнувшись с ним грудью. Золотистые глаза светятся словно леденцы на солнце. -О-о. - Тянет довольно, в самое ушко. - Ты мне тоже очень нравишься.

Когда Чжу Юань держала в своих руках потерявшую сознание девушку, она замерла, не веря своим глазам. Мияби казалась очень маленькой, беззащитной и хрупкой.

Однажды Харумаса уже переступил черту, и только воля случая накинула ему лишних пару лет жизни. Хотел ли он снова испытывать свою удачу?