Хёнджин решает проникнуть ночью в школу, но заодно застаёт своего спящего одноклассника за книгой, которого просто забыли. В библиотеке.

– Не бейби я тебе, понятно? – взрывается Хенджин. – Тогда как мне тебя называть? – Феликс невыносимый просто, – Может малышка? – с серьезным лицом предлагает он Хенджину, – Мм? Или детка? – У меня имя есть, блять, – сигарета летит на пол в этот раз. Хенджину уже как-то насрать на чистоту. – Тебя возбуждает английский…

Феликсу было натурально дурно. У него постоянно закатывались глаза, норовя покинуть глазницы; губы мелко дрожали; пот стекал ручьями; розовый кончик языка лежал на нижней губе снаружи, даже не пытаясь вернуться обратно в ротовую полость, в которой было слишком жарко. С каждым разом, когда кончик крупного венистого члена упирался в матку, мальчика чуть ли не подбрасывало, а изо рта выходили громкие стоны, больше похожие на сучий скулеж.

Хван покраснел и захныкал, снова попытался спрятаться за руками, но Феликс обхватил ладонями его запястья и оттащил их, прижимая к кровати. — Ты такой милый, когда смущаешься.

— Я же говорил тебе, что только хорошие мальчики получают то, чего хотят. Если ты не будешь держать себя в руках — я оставлю тебя в таком состоянии до конца поездки, — огрызнулся Минхо, показывая свою грубую сторону. Он не был мягким пассивом с мальчишками, определенно. — Мне так жаль, сэр, я н-не хотел, простите, с-сэр....

— Таблетка, — внезапно машет белой крапинкой на уровне своего веснушчатого лица. — От головы, — наливает в стакан кипячёную воду, и молча подходит, глазами прося открыть рот. Хёнджин, конечно же, слушается, глупо принимая в себя виагру, которую спустя секунду запивает водой.

Коты - это вроде просто животные, но что если это не совсем так? Хенджин подобрал к себе котенка, но в итоге он получил нечто большее, чем планировал.

Знаменитая трансляция Хенликсов в тик ток и то, чем она закончилась.

— Выходи за меня, Феликс, — Феликс нервно рассмеялся, уткнувшись лбом в прохладное стекло, а шляпа всё-таки слетела, но была перехвачена. Он досчитал до десяти, как учил его Джисон, и сморгнул пелену слёз. — Во второй раз?

Если бы не Хван Хёнджин Феликс не стал бы айдолом и был мёртв но кто думал что помощь в прослушивание перерастёт в отношения

Хенджин опускает руки на талию и прижимает к тумбе за спиной, накрывая влажные губы своими. — Весь день хотел это сделать, — в перерыв между поцелуями выдыхает Хван. — Мне так мало тебя… Я готов тебя съесть… — он утыкается носом в изгиб шеи, несильно прикусывая кожу. — Так съешь... Или история об истинных в преддверии гона и течки, сломанном дверном замке, любопытных племянницах Ли, неловких вопросах и понимающей маме Хенджина.

— В интернете неоднократно появлялись статьи о ваших отношениях с господином Ли. Фанаты подозревают, что вас связывает нечто большее, чем просто рабочие и деловые отношения. — Я уже комментировал это. Если кто-то хочет верить «желтой прессе», то может смело это делать. Скажу лишь, что мы с Феликсом через многое прошли вместе и в трудные времена поддерживали друг друга. Я совру, если буду отрицать, что он мне не безразличен. Я очень дорожу им. — Значит, вы встречаетесь? — Этого я не говорил.

Феликс и Хёнджин лучшие друзья «с пелёнок». Они были «не разлей вода», никогда не ссорились и не расставались ни на секунду. И все вокруг уже были уверены, что Хёнджин и Феликс окажутся альфами. Только вот в четырнадцать их ожидал сюрприз. И если Хёнджин ожидаемо оказался альфой, то Феликс - омегой.

— Бля, Джинни, — выдохнул Феликс, — ты псина. Обнюхиваешь, пускаешь слюни и постоянно хочешь трахаться. — А кто тогда ты, детка? — усмехнулся альфа и прижал Фела в себе за талию ближе. Тот уже не сопротивлялся, а его запах стал меняться, становясь слаще, как во время течки. — Твоя сучка? — одними губами прошептал Феликс. А Хёнджин закончился как человек.

Все осенью начинают ждать 31 декабря, у людей уже появляется новогодний вайб, что не скажешь по поводу Хан Джисона.