Тэхен бы смог стать для Чонгука чем-то на подобии химиотерапии.

Чонгук правда не хотел усложнять. Ведь по словам Тэхёна, отношения — это в принципе непросто. Тем более такие, как у них. Тем более там, где их не принимают.

— Привет, я Тэхён. Ким Тэхён. И я одинок. У меня нет никого, представляешь? Совсем никого. А ты Чонгук, да? Чон Чонгук. И ты любишь машины.

Тэхён убеждён, что под его кроватью кто-то живёт.

Это история о верности, нескрываемой любви и доли страха вперемешку со жгучей болью. История о Тэхёне, который подобен прекрасному цветку, и Чонгуке, что заставит этот цветок опасть.

Произнесенное Тэхеном ни для кого из них не было секретом. Но сейчас это чувство, завернутое в оболочку из слова, будто приобрело гораздо больший вес. Ким Тэхен больше не «женатый человек, который трахает подростка». Ким Тэхен - «женатый человек, который в подростка влюблен». И непонятно, что хуже. Хотя нет, вполне понятно. Хуже то, что Чонгук тоже. Но никогда, он уверен, в этом не признается. Эта сказка про двух влюбленных принцев не имеет ни единого шанса закончиться счастливым концом.

— От тебя воняет болью.

по центру треснувшее зеркало делит сущность твою надвое.

1937 год, Японо-Китайская война. Японская армия берет Нанкин и устраивает празднование, на которое привозят девичий хор из Винчестерского собора. Тринадцать юных девушек как кусок мяса для голодных псов – одичалых военных, которые слишком привыкли убивать. Тэхен бросает взгляд на девушек, прижавшихся друг к другу как стайка мокрых воробьёв. А точно тринадцать?

У Тэхёна проблемы с законом, и, кажется, с кармой, иначе он не может взять в толк, за что ему это всё.