Снейп осознал, что дышит прерывисто. Холод двери, к которой он прижимался спиной, проникал под кожу, вызывая легкое беспокойство. Мелькнула мысль: просто уйти, аппарировать, оставить её одну — с её горем, болью и гневом. Вместо этого он прошипел: — Глупая, чёртова девчонка! — Голос сорвался, звучал яростно. — Как ты смеешь просить меня об этом? — Больше некого, — сказала она, и хоть её голос был тяжёлым и хриплым, глаза оставались сухими. — Никто больше не захочет.

Когда мир вокруг рушится, на помощь спешит Живоглот.

...Оказаться закутанным в теплый шарф и быть прижатым к девичьей груди… Хм, звучит неплохо, но не тогда, когда ты в анимагической форме. "Это что же, девчонка решила пустить меня на ингредиенты? Какая наглость!"

Гермиона втянула ртом воздух и открыла крышку унитаза, кашляя. Розовые лепестки усеяли белый ободок, и, если бы не приступ боли в грудной клетке, она наверняка бы в очередной раз поразилась. Нежно-розовый цвет, серьёзно? Он в последнюю очередь ассоциировался у неё с ним. Ей казалось, что она должна откашливать что-то вроде генлисеи — это бы идеально ему подошло. Никакой нежности.

Минерва пыталась говорить спокойно, но на последнем слове голос пожилой волшебницы дрогнул: - И всё же, Гермиона, Северус Снейп теперь твой раб.

Гермиона решает помочь друзьям в организации школьного праздника, но взятая на себя формальность неожиданно превращается в личную заинтересованность.

Набросив приватные чары на пространство вокруг себя, она выкашливает нежные лепестки и пытается не задохнуться. В груди разрастается агония, боль пронзает легкие и, кажется, само сердце и больше не отступает. А Гермиона морщится от ее хватки и обреченно смотрит на цветок нежно-молочной лилии, который лежит на старом пергаменте древней книги, на странице которой написан ее приговор.

Что делать, если никак не можешь выкинуть своего профессора из головы? Буквально.

Конец шестого курса. Орден вывозит Гарри в убежище, и в операции гибнет Грюм. Теперь Гермионе предстоит научиться принимать нелёгкие решения, ведь разгорается война, нужно искать крестражи, спасать друзей и весь волшебный мир, и каждый шаг должен быть взвешенным и продуманным: слишком многое стоит на кону. Поэтому Гермиона пользуется шансом и вербует Драко Малфоя в шпионы Ордена. Теперь исход войны зависит от них. Игра идёт по-крупному. Но они — всего лишь подростки. И у каждого своя правда.

У него на роже написано «не влезай, убьет», а твое любопытство все равно сильнее инстинкта самосохранения?

- Я сказал нет, Алиса, - Темная фигура с огромными бараньими рогами поднялась со своего ледяного трона, грозно кидая взгляд на девушку у своих ног. - Господин…Я МОГУ справиться с ним, он всего лишь мальчишка, - Мягко, почти гипнотически пролепетала девочка в маске Лисы и усмехнулась, - Я… - Ты должна выманивать девчонку, мальчишка – не твоя забота, - грубый, совершенно неприятный уху голос Хозяина леса оборвал все попытки лисы навязать свою точку зрения, - Волчок займется этим парнем.

Глядя на татуированное лицо лежащего перед ним, переплетающего лодыжки у него на пояснице и клыкасто, широко скалящегося мужика, Мегуми не может не задаться вопросом, когда именно в его жизни все пошло настолько не так. Почему ерундой, вроде супер-серьезного-вызова-демона, страдают Юджи и Нобара – но с последствиями этой ерунды в очередной раз приходится разбираться ему? С объективно красивыми и невероятно мудацкими последствиями… Черт возьми.

Драконье пламя беспощадно. Под ним обугливается плоть врагов, выковывается самая нерушимая сталь и разрушается крепость терпения на пути к абсолютной власти. Музыкальная композиция истории: Bishop Briggs "Never Tear Us Apart"