Когда не желаешь отпускать дорогого тебе человека , начинаешь вспоминать моменты с ним. Ты словно снова проходишь этот путь. В начале - знакомство , в конце - раставание... и боль.

Отрывок из дневника: "...Я проходил сквозь плотные лабиринты аномалий Тёмной долины, продирался глубоко в чащу Рыжего леса, сражался с кровососами и снорками в тёмных подземельях Агропрома, сражался с монолитовцами, анархистами из "Свободы" и разными отморозками... Я думал,что меня уже ничем не удивишь... как же смешно это звучит сейчас, когда я встрял в такое..."

Сколько миллионов лет понадобилось эволюции, чтобы сделать из рыбы человека, столько же нервных клеток угробит Ривай, пока не поймет, что рыжим не просто идет золото. Они и есть драгоценный металл в чистом виде. Ривай - человек со сложным прошлым, почти без друзей и семьи. Петра - студентка четвертого курса, однажды в метро зажатая в угол вагона новым профессором.

Одно невыполненное домашнее задание может все изменить...

"Плохой" мальчик курит, пьет и даже принимает наркотики.Но неужели он влюбился в обычную девочку, в свою одноклассницу...? Что же выйдет из этой истории?

- Ну вообще, это их личная жизнь и мы не должны туда вмешиваться, да и, тем более, у них, как я думаю, слишком много дел, чтобы отвлекаться на какие-то глупости, вроде похода в лес с непонятной женщиной. – последнее слово Петра произнесла с максимально насмешливой интонацией, как бы показывая товарищам, что у Эрвина, а уж тем более Леви, никогда не было и не будет романтических отношений с девушками.

Представим, что после 57 вылазки отряд капитана Леви выжил

Леви Аккерман - капрал Разведотряда, сильнейший борец человечества, лидер собственного Элитного отряда. Чистоплюй и циник. Грубиян и просто несносный человек. Он воин, он солдат, он капрал, но в первую очередь он – мужчина. Но ведь и у мужчин есть свои потребности…

Она такая сладкая и сексуальная, когда кричит и стонет от возбуждения. Тем самым заставляя меня прикасаться к ней чаще.

Сложно вспоминать твой голос, улыбку. Невыносимо было объяснить твоему отцу, что он больше никогда тебя не увидит. Я и сам тогда ещё в это не верил. Не верил, что больше никто не пожелает мне удачи перед походом за стены, никто не будет переживать за меня так, как это делала ты. Я вынужден каждый день вспоминать то, что меня с тобой связывает, чтобы сохранять хладнокровность, чтобы держаться. Чтобы не зарыдать, не заплакать, не закричать от чересчур сильной боли. Я скучаю, Петра.

Стоит ли воспользоваться вторым шансом, подаренным судьбой?