Ренгоку должен был умереть после схватки с Третьей Высшей. С такими ранами попросту не выживают. Понимая, что сыну не помочь, Ренгоку Шинджуро жертвует собственным пламенем, чтобы его спасти. Но что, если это не единственная причина, почему Кёджуро выжил...

Ренгоку готов смириться со многим: с тем, что смерть не за горами; с тем, что пришлось пойти на сделку с демоном, которого он, по-хорошему, должен был убить ещё давно; и даже с тем, что желание убить этого демона сменилось совсем другим. Но с чем Ренгоку мириться точно не готов, так это с утратой своего пути. Пока он дышит, он будет продолжать ему следовать.

Сборник зарисовок по событиям, не вошедшим в основной сюжет Bleeding red, blooming blue.

Сборник из семи драбблов, посвящённых осеннему марафону #renkazaweek2021

Прошёл год с тех пор, как "Паучья лилия" затонула, капитан Кибуцуджи канул в неизвестность, а златохвостый нингё вернулся в родное лоно морей. На целый год Аказа утратил покой, не оставляя попыток отыскать способ ещё раз увидеться с диковинным созданием... и даже не подозревая, что встречи искали и с ним самим.

Кёджуро всегда боялся потерять свою память. Хотя для любого человека это было бы страшным. Забыть кто он, его предназначение, цель в жизни, родных и близких. Во время битвы у поезда «Бесконечный» случилось действительно пугающее событие. Аказа решает выполнить свое обещание и забирает с собой умирающего Кёджуро, чтобы наконец превратить его в демона. После этого парень потерял все воспоминания, связанные с его человеческой жизнью. Кёджуро стал монстром, жаждущий только кровь и плоть.

Аказа одержим желанием сделать Кёджуро демоном. Даже и Мудзан разрешил поиграться. Но вот кто кого в итоге...?

Шинджуро прошлой ночью вернувшись с Идзакая, всерьёз начал задумываться над тем, чтобы бросить пить. Иначе как не пьянством, не объяснить что он видел своего сына в объятьях демона.

Однажды выбор того, как провести отдых после тяжелых миссий, доверили Тенгею Узую, который определенно точно знал, как и где развлечься лучше всего. Взвалив на свои плечи ответственность за мероприятие, Тенген не учел лишь одного — незнакомство своих коллег с Кварталом красных фонарей. И неопытность Ренгоку в выборе дам на вечер. Столп даже во время отдыха отыщет демонический след, сам того не подозревая, и вляпается в проблемы куда бо́льшего масштаба.

Вот и настал час Кёджуро блеснуть педагогическими навыками! Миссия: очеловечить Аказу. Девятихвостого демона лиса, который просидел взаперти последние двести лет. Пусть знакомство не задалось и теперь Кёджуро носит в себе лисью бусинку, которая лечит его травмы, но хотя бы Аказа больше не имеет ничего против приютившего его человека. Скорее даже наоборот, в этом и проблема.

События развиваются иначе, чем в оригинале: Кеджуро, вместо того чтобы поговорить с Танджиро напоследок, преследует Аказу по лесу, чтобы не дать так просто тому уйти. Сам Ренгоку понимает - ему осталось совсем чуть-чуть, но он не сдаётся. Или все-таки сдаётся и проигрывает? Только кому?

Демон нашёл цветок, пылающий ярче солнца и пламени. Но будет ли он цвести вечно вместе с ним?

— Посмотри на меня, Кёджуро, — почти ласково просит демон. — Не смей называть меня по имени.. — как только Ренгоку открывает рот, кровь начинает сильным потоком струиться по подбородку, капая на грязную чёрную ткань, — как будто у тебя есть на это право. Аказа злобно усмехается. — Знаешь что, Кёджуро, зря ты думаешь, что у меня нет права называть твоё имя. Я победил тебя, и я могу делать с тобой всё, что захочу. По всем существующим правилам, теперь ты принадлежишь мне. Ты мой трофей.

Танджиро устраивается на летнюю подработку в кондитерскую к добродушному и горящему своим делом Ренгоку. Однако череда подозрительных событий в городе заставляет его всерьёз забеспокоиться о будущем этого заведения. А загадочные письма в фиолетовых конвертах, которые приходят в кондитерскую каждый вторник, лишь усиливают это беспокойство.

Альтернативный мир, в котором истребление демонов происходит путём их исцеления и возвращения в человеческую форму... пока на пути Столпа Пламени не встречается тот, кого невозможно исцелить.