Хан Джисон знал наперёд, что они красивы, эти руки, убивающие нежить!

от них остались раскраски, отзвучавшие песни, огромный свитер мелкой вязки, кассета 2002 года с французским мюзиклом «roméo & juliette: de la haine à l'amour» и драконы.

Минхо чувствовал, как с каждой секундой его кости замерзали, лишь только кровь из вскрытых вен согревала кожу. В большой ванной сидят семнадцатилетние подростки. Они, надев свадебные костюмы, решили уйти из этой жизни. Сбежав от родителей, они решились на самый сложный, но такой простой выход из этой ситуации. Именно поэтому сейчас Минхо обнимает мёртвое тело своего любимого человека. Потихоньку умирая сам. Это был их конец. Их общий, до невозможности больной, но свободный конец.

Джисон смотрит в небо, не останавливаясь, и кричит изо всех сил, раздирая гланды до болезненных спазмов. Он кричит, чтобы быть услышанным кем-то, чтобы иметь хотя бы малый процент на спасение, но никто не слышит.

— Я обожаю вас, ребята…--прошептал шатен тихо смеясь. И сделав шаг вперед, одними губами сказал — Я люблю тебя, Хани… Прости меня…

на душе уже июнь и закрытая сессия, каникулы и летние ночи в центре города с бутылкой портвейна в левой, а в правой - весь мир в виде него. и больше ничего не нужно. только минхо и их общая любовь до бесконечности.

Мне легче поцеловать твой контракт, чем тебя, Хан Джисон.

— Почему ты ушёл…? — сломанный голос дрожал, молил, чтобы на его вопрос ответили. Глаза мальчика распухли. Капилляры в них полопались и образовали кровяное пятно у уголка глаза. Он повторял этот вопрос вновь и вновь. Каждую ночь.

Любви достоин только смелый человек.