Вэй Ин проспал, а ещё в очередной раз напросился на наказание, и теперь вынужден коротать праздник в опустевших Облачных Глубинах под надзором более странного и взвинченного, чем обычно, Лань Чжаня...

Лань Чжань, признаться, никогда не думал, что когда-нибудь выйдет замуж. И вот его уже обряжают в свадебные одежды.

>— Он тебя… соблазнил?.. >— Нет, дядя, — голос Лань Ванцзи был как всегда невозмутим, но отчего-то звучал остро, как лезвие ножа. — Я хочу повязать на него свою ленту. Я уже это сделал. Он ни в чём не виноват. На самом деле, это я его… >Вэй Усянь подскочил на месте, как ужаленный, ещё на словах «я уже это сделал», кулем скатился с крыши и ввалился в библиотеку через окно, вопя дурным голосом, чтобы заглушить чужие слова.

— Я клянусь вам, что в моих словах не было и не будет лжи. Ложь — последнее, что вы от меня услышите. Клянусь вам. Усянь издал нервный смешок. Он не знал, что сказать. Слова Лань Ванцзи были лаконичными, но не лишёнными ощутимой весомости, возвышенности и какой-то простоватой красоты. Так давно никто не говорил. И как же Вэй Усяню хотелось ему верить...

...и один раз, когда в его жизнь вмешались чужие чувства. Или - что, если бы Вэнь Чао был немножечко другим? Чуть больше критического мышления, саркастичного юмора, чуточку меньше заносчивости... Ну вот, с этим уже можно работать!

Ван Ибо всегда знал, что он альфа, Сяо Чжань с тем, что он родился омегой, был не согласен и доказывал миру и себе самому, что свое естество можно изменить, а уж если не изменить, то скрыть… и идти по жизни добиваясь своих целей, в ту сферу, куда омегам вход был закрыт… первый раз они встретились в детстве, второй в подростковом возрасте, их отшвырнуло друг от друга, или кинуло навстречу… , но минуты слишком мало, чтобы понять, что они истинная пара

Нелепая случайность на занятии Лань Цижэня приводит к тому, что Вэй Ина отправляют отбывать наказание в отдалённую крепость в горах...

Когда-то в Поднебесной жили люди, оборотни и маги. Любой из них мог предавать и спасать, творить добро и вершить зло, некоторые даже имели возможность умерев возродиться, но лишь единицы могли любить так, что готовы были пожертвовать всем

Когда-то маленьким божественным мальчиком он попал на Землю, а на Земле он увидел Человека, и больше не захотел возвращаться на Небеса. Человек правил Желтым городом. Звали Человека князем, ваном, Ван Ибо. И был он намного старше мальчика, погнавшегося за игрушкой и случайно упавшего с небес. И божественный мальчик понял, что больше не хочет сидеть на небесах, понял, что хочет быть с Человеком.

Да, умерла. Да, с какого-то перепугу очнулась. Где-то. Вот только обстановка какая-то слишком мрачная, а сидящий рядом ребёнок уж больно знакомый. И... я что, сама ребёнок? Добро пожаловать в дурдом, носящий имя "Магистр дьявольского культа", только почему-то немного другой. Начнём с того, что в каноне у Вэй Ина не было никакого близнеца. Что ж, раз такое дело - накапливаем силы и вперёд. Вэй Лин берётся за дело.

В смысле город Илин!? В смысле он мал словно ему шесть лет!? Что значит «не нравится финал»!? Как всё так обернулось!? Сборник коротких зарисовок о том, как Вэй Усянь вернулся во времена его бродяжничества и решает... не участвовать в жизни Пяти Великих Орденов и последствия этого решения. P.S. Я серьёзно. Вэй Усянь действительно решил посидеть и посмотреть "а что если...".

Когда Лань Ванцзи вернулся в прошлое, в момент, когда он впервые встретил Вэй Усяня, он думал, что это произойдет на крыше. Он думал о том, как сильно ему придется изменить их взаимодействие через Облачные Глубины, как ему придется найти способ отделить Вэй Усяня от Цзянов... Но когда он пришел в себя, он обнаружил, что протягивает игрушечный барабан маленькому ребенку, маленькому А-Ину, на улице Илина. 'Хм' — подумал он, когда маленький мальчик улыбнулся ему. — Это будет проще, чем я думал.

Произошедшее с его семьей непрерывно вертелось у Вэй Ина в голове, и он задумался о том, что, может быть, еще не поздно спасти всех тех людей, ради которых он и так уже столь многим пожертвовал. И поэтому Вэй Ин решил вернуться к началу начала.