-Ты любишь меня? - без надежды в голосе спросил Миша. Ответ он и сам прекрасно знал. Ему просто нужно было удостовериться, что ничего не изменилось. -Нет. Мне просто нравится тебя трахать. - ответил Есугей, не отрываясь от телефона. *** Сборник драбблов, которые слегка связаны между собой.

Могут пройти века и даже тысячелетия. Но шрамы всегда останутся.

Миша прекрасно знал, что уже давно не был святым, но крест на груди носил и Бога просил отпустить каждый свой грех. Молился надрывно, быстро шептал слова и стоял на коленях у окна, прижимая крест то ко лбу, то к обкусанным губам. И Бог его услышал. Мишу не простил, но мольбы услышал спустя полторы сотни лет.

...А голос Твери с каждым днём всё сильнее отзывается в голове: "Монгольская подстилка! Тебе стоило сгореть в огне." — и он даже не злится, прекрасно понимая, что та была права. В обоих случаях.

Золотая орда попадает в XIX век.

Золотая Орда и Москва

— Это Тверь! Я слышал она устраивает против тебя заговор, Орда! — Голос держался ровно, но взгляд отводить перестал, прямо большими глазами смотрит. Как безумный. Словно мир перестал существовать, ноги предательски тряслись, ярость бушевала поглощая все волнами. Сорвавшимся голосом Василиса закричала. — Монгольская подстилка! Я надеюсь ты сдохнешь в огне, Москва, — кровь в жилах стынет от ужасающего крика.

(*´▽`*) (*´▽`*)

Они расстались больше года назад, а у Мидея до сих пор болит сердце. У человека, работающего главой отдела безопасности, считающего пистолет продолжением своей руки, подумать только, болит сердце! А когда в компанию, в которой он работает, переводится Фаенон, он и вовсе подумывает уволиться.