Стайлз старается делать всё, что в его силах, и даже больше, однако стая продолжает его игнорировать. Они недооценивают его и не признают заслуг. И, честно говоря, Стайлз слишком уважает себя, чтобы оставить всё как есть. Так что он уходит. И, да, технически это члены стаи вышвырнули его, и всё же. Но появляется Стая Альф, и Стайлз обнаруживает рядом с собой Девкалиона, внезапно ставшего неотъемлемой частью его жизни. И, возможно, - лишь возможно! - эти альфа-волки вовсе не абсолютное зло...

Мальчишка, приручивший волка. Такая... банальная история. Но зато настоящая.

Ты так прекрасен в чужой крови и этой дерзкой ухмылкой растянувшей твой рот с этими по-блятски розовыми губами.

Одинокая слеза прочертила его бледное лицо, но быстро исчезла под лучами начинающегося рассвета.

Супруг Девкалиона выглядел волшебно. Во всех смыслах этого слова.

Как только стая вышла, Девкалион подошел почти вплотную к парню, так, что между ними почти почти не осталось места для воздуха, жарко поцеловал Стайлза. — Ты моя пара, вот почему, Стилински, я зову тебя в стаю. — Выдохнул Девкалион в губы парня. Оборотень развернулся и собрался выходить, как Стайлз, с бешено колотящимся сердцем пробормотал: — Я согласен. Согласен вступить в стаю.

Стайлз после смерти все-таки попадает в ад. Он проходит через все круги, и каждая из встреченных душ пытается заставить его остановиться. Не без помощника ему удается дойти до самого конца, где его уже заждались.

Он с ужасом осматривает тело Альфы. Беззащитный труп лежит около барьера Неметона. Он сдерживает слезы, приступ отвращения и боли. Но в голове играет фраза лиса: "Съешь его сердце малыш. Ты же помнишь рассказы Девкалиона?" Он неохотно кивает, доставая из кармана подаренный Крисом нож. — Не бойся, если ты съешь его, то мы перестанем истекать чёрной кровью. Ты уже Альфа, мы — альфа, так что закрепи результат, чтобы мы не сдохли от укуса.

— Мы свободны, — сказал лис. Стайлз кивнул. Свободны от стаи, от долга, от вины. Только он и Ногицунэ. И вместе они найдут свой собственный путь. Путь, где не будет места предательству и боли. Путь, где они сами будут решать, кто друг, а кто враг. И, возможно, этот путь будет куда интереснее, чем он мог себе представить. Будто подтверждая эти мысли подростка окружила темнота, за которой находилась дверь куда-то. А шопот Неметона стал сильнее, зазывая своего ребёнка в гости. И Стайлз решился.