В мрачном Нью-Эриду, где выживают только сильнейшие, одиночка-стрелок Алекс Кроу и элитный боец Джейн Доу сталкиваются в схватке за спецгруз. Их противостояние перерастает в вынужденный союз: вместе они сражаются с эфириалами, ищут артефакты и пытаются выжить в мире аномалий. Но в суровой реальности доверия нет места — или всё-таки есть? Экшен, драма и искры между двумя бойцами, которые не привыкли отступать.

Саске подозревал о том, что стал чьей-то мокрой фантазией, и, честно, не совсем понимал, что ему стоило с этим делать. Сакура ему нравилась. Как подруга, просто как человек. Для своего возраста, она могла подогреть в нем интерес, который не утихал еще весь вечер. Вот почему он до сих пор мялся в решении отшить разбушевавшегося подростка раз и навсегда.

Чем ближе рассвет, тем больше сгущаются тени, и уж точно не Драко дрожать над Самайном. Но темень над Уилтширом уже замигала огнями свечей в смеющихся тыквах, и ухмылки их пророчат Драко самую темную ночь всех святых.

Сердце грохало в рёбра. Он чувствовал, оно будто готовилось взорваться: Бам! Бам! Бам! Оно могло взорваться! Сердечный приступ не такая редкость. Он вполне… вполне реален. Куда реальнее, чем темнота её квартиры. Темнота квартиры Харуно Сакуры.

«Хочешь, сходим куда-нибудь? Знаешь... типа свидания», — Харумаса осёкся. Последнее слово повисло между ними, такое внезапное, не вписывающееся в приятный зимний пейзаж. Оно отдавало теплом где-то под рёбрами. Вот только это слово точно было не про них. Правда ведь?

Она подползла к ведру и достала обратно листок с адресом. Это был просто листок. Листок из блокнота. Просто буквы и цифры. Но одновременно с тем, пусть очень отдаленно, пусть не наверняка, он все же являлся доказательством того, что Сасори был жив.

Я представляю историю между строк, основанную на оригинальном произведении. Два человека из разных кругов, соединенные случайно возникшим между ними первым чувством и разлученные войной, долгом и предрассудками. Сюжет учитывает все оригинальные события и диалоги вплоть до главы «Девятнадцать лет спустя». Повествование начинается с середины пятого курса. Каноничные события соблюдены до 20 главы, далее Постхог и частичный канон.

Фаенон смотрит на Стеллу сквозь пузырьки шампанского в хрустальном бокале, и его сердце согревается за вечер тысячу раз.