— Ли Минхо, потрудись объяснить мне вот что. Это ты расклеил по всему колледжу листовки о том, что у меня самая лучшая задница, и пустил слух среди, мать твою, студентов, что хочешь грубо разложить меня на своём рабочем столе? — Джисон проговорил это без единой запинки, хотя был готов заикаться, а ещё больше он был готов увидеть растерянный вид Минхо и услышать его жалкие оправдания, но вместо этого он произнёс то, что выбило весь воздух из лёгких Джисона: — Да, и?

Можно стереть любовь из памяти. Выкинуть из сердца — это уже другая история.

— Рот закрой, а то муха залетит, - тяжело вздыхает Феликс, которого насильно заставили смотреть тренировку старшеклассников перед предстоящим матчем. — Интересно, какого размера у него член? - Джисон прикасается большим пальцем к своим губам, внимательно наблюдая за бросками парня. — Боже, - недовольно цокает Ли. — У тебя одни члены на уме.

— Хочешь окончательно решим, кто из нас достоин звания лучшего? — Предлагаешь… поспорить? — непонимающе уставился на него Джисон. — Верно. Диктуй любые условия, — твёрдо предъявил Ли, нисколько не сомневаясь в своём выборе. — В таком случае: мы оба должны за неделю придумать новое блюдо. Победа за тем, чьё окажется вкуснее и если выиграю я, то ты, наконец, уволишься. — Идёт, — без раздумий согласился Минхо. — Но если выиграю я, то ты весь месяц выполняешь мои требования.

— Вы не понимаете, Господин Ли, это искусство, — Джисон, встряхнув баллончик, продолжает, как ни в чём не бывало наносить яркую краску на плакат, полностью игнорируя возражения копа. — Рисовать члены на рекламных баннерах это, по-твоему, искусство?

— Сколько у тебя было любовников после меня? Мм? Перед кем ещё ты раздвигал ноги? — Минхо всем своим весом придавил тело младшего, схватив его за скулы. — Боюсь, ты заплачешь, если узнаешь цифру, — ухмыльнулся брюнет, специально выводя парня из себя. — Какая же ты сука, Хан Джисон.

— Я просто хочу исчезнуть, - пробубнил про себя Джисон, не сдерживая солёные на вкус слёзы. Рукава толстовки промокли, на фоне успокаивающий голос Сынмина и перешёптывания ненавистных однокурсников, в голове навязчивые мысли, а Джисон в который раз убеждается, насколько жизнь ужасна, и всё же засыпает под напряжённую атмосферу старого универа.

Джисон слишком неуверен в себе, до того момента, пока в классе не появляется новенький, называющий его – мой красавчик.

— Классная задница, - смеётся парень и задерживает руку на левой ягодице, слегка сжимая её. — Фу, извращенец! - Джисон скидывает чужие руки с себя и с красным лицом выбегает из комнаты, слыша следующие слова юноши: — Я и не такое могу, детка!

— Думаешь, сможешь так просто избавиться от меня? - цепкая рука чутка сжимает пухлые щёки, а большой палец тянется к его нижней губе, оттягивая её вниз. — Ты мой, Хан Джисон.

Когда Джисона поселили в комнату к Минхо, Ли был рад, заметив вполне нормального и адекватного парня, но он даже и предположить не мог, что этот нормальный и адекватный парень каждую ночь будет стонать во сне.

Джисон просто пришёл с Хенджином в салон за компанию. Он совершенно точно не собирался делать себе татуировку. А лежать под красивым парнем — уж тем более. Но, видимо, у судьбы были другие планы. Или такие планы были у самого Ли Минхо. — А вы точно тату-мастер? Минхо на секунду замер, машинка зависла над горячей кожей. — Да, а что? — Тогда почему ваш стояк упирается мне в живот? — А вам что-то не нравится? — Нет-нет, мне все нравится, продолжайте.

На балу, полном переливающихся огней, Джисон встретил загадочного незнакомца, чья маска скрывала не только лицо, но и тайну, готовую перевернуть всю его ночь. — Шёпот, — проговорил он. — Зови меня так. — Шёпот? — Джисон улыбнулся. — Я думал, будет что-то примитивное, по типу Господин. — Так ты можешь называть меня в постели, никто не запрещает. Джисон подавился воздухом от такой нахальной самоуверенности.