Хьюго смеётся небрежно, словно это не он чудом избежал смерти. Ликаон говорит.

Когда-то давно оскверненный тьмой Якса встретил солнечного принца Каэнри'аха - и казалось, что счастье их продлится вечно. Когда-то давно Боги предали Каэнри'ах огню - и Якса ничего не сделал, чтобы спасти своего принца. С тех пор ни дня он не провёл без скорби по утраченному. Однажды они вновь встретились... Но в этот раз юный принц Каэнри'аха стоял во главе Ордена Бездны. И любовь в его глазах сменилась жгучей ненавистью.

Он любил его. Любил с такой искренностью, какую только может предоставить подданный своему Государю. А тот любил его в ответ. Любил всем сердцем, как истинный Царь любит своего верноподданного. Бывают случаи, когда вольнодумец становится ярым монархистом. И Пушкин не остался в стороне.

...Каждый раз, когда соулмейт смеётся, его родственная душа испытывает оргазм...

— Ты лучше любых женщин, — свирепая правда вырывается наружу, шепча на чужое ухо. Он опять его целует, зная, что ему не ответят на поцелуй. Но он вполне возьмёт на ответ и учащенные вздохи и яркие всхлипы, звенящие в ушах после воспроизведения. Он оттягивает его голову, выбирая место и кусая со всей силы за шею, слыша, как крик проносится по всей комнате.