О блокаде тяжело вспоминать и ещё тяжелее говорить. Но надо. Новосибирску, ставшему другом Петербурга, стыдно за свои скупые знания о том, что пережил Саша. Екатеринбург, Москва и сам Петербург делятся с ним своими обрывочными воспоминаниями и эмоциями, оставившими неизгладимые шрамы. И всё-таки - как это ни странно - вспоминается не только и не столько страшное, сколько светлое и дающее надежду.

После семейного примирения ("Отцы и дети") Саше внезапно приходит в голову идея показать Денису Москву. Причём не предупредив об этом ни Мишу, ни Данилу.

Когда в Петербурге летом всё-таки выглядывает солнце (такое бывает!), приятно прогуляться не только по улицам, но и по рекам и каналам города. Особенно в уютной семейной компании.

Со стороны Сашеньки, слышится стоны боли, и всхлипы, вперемешку с мольбами прекратить, и пощадить. . . Тот Миша, лишь усмехается, толкаясь ещё сильнее. . Слышится болезненный вой, а чужое тело перестает дёргаться. А нынешний Миша, не верит, ну не мог. Он не мог, не мог, причинить такую боль Саше. . Ну, не мог он, так с ним. Но видя, как по внутренней стороне бедра, Саши, стекают кровавые дорожки, понимает что МОГ. . Или Саша заставляет Москву, вспомнить 20-й век.

Девятьсот дней Ленинград героически стоял на ногах, чтобы в конце можно было упасть. Теперь падать не страшно, потому что теперь он знал, что его удержат.

Пока все мечтают найти свою родственную душу, Миша надеется никогда ее не иметь. || Соулмейт!AU, в котором один чувствует боль второго как свою.

Незадолго до Нового года Михаилу Юрьевичу Московскому приходит в голову гениальная идея организовать корпоратив на всю Россию-матушку. Разумеется, решать всякие организационные трудности предстоит столицам федеральных округов. Но никто и предположить не может, к чему приведёт внезапное решение Москвы назначить Петербург и Новосибирск напарниками по подготовке праздничного стола. Последствия в самом деле оказываются, мягко говоря, нетривиальными.