Лололошка никогда не праздновал свой день рождения, даже не знал, когда он у него. Эграссель слишком хороший друг, который хотел порадовать того.

Лололошка будет думать о прошлом, о потерях, о старом. Но нужно принять новое, нужно его создавать. И кое-кто ему в этом поможет.

Огромное помещение выглядело до жути пустым, когда в нем находилось всего два эльфа. Один старался отсидеться вне дома подольше, а второй составлял ему компанию. Блондин спокойно перелистывал страницы, вчитываясь в книгу, пока второй бессмысленно листал с конца в начало, с начала в середину распластавшись на столе.

Хз, первые няняня

Всё выглядело как обычное собеседование, но, на самом деле, для себя Эграссель уже всё решил. — Хорошо. Будешь моим личным стражником. Тебя всё устраивает? Или Эграссель — принц, Лололошка — рыцарь.

Эграсса вскользь упрмянул, что любит Лотосы. И вот поздняя ночь,а Ло плывет сорватт их

Эграссель в свои двадцать с небольшим встречает огромное странное существо, что именует себя Началом. Обретя силы и память, он внезапно понимает, чего ему так не хватало все эти годы! Молодой эльф покидает родной мир, чтобы отправиться на поиски лучшего друга, которого никогда не существовало. Ему придётся пройти тем же путём, что когда-то прошёл Лололошка, дабы в конце концов отыскать своего человека без истории.

Когда Лололошка с Джоном попадают в печать, происходит то, чего не ожидал никто – Лололошка всё вспомнил. И сделал то, что так хотел сделать в прошлом.

Вальдхар и Эграсса очень интенсивно обсуждали план восстановления портала, рьяно выдвигая свои идеи и просчитывая каждые мелочи, пока не появился еще один мероходец. По атмосфере сразу было понятно, что Лололошка был не в настроении — блять и какого черта именно я?! — громко вскрикнул шатен, держась за голову — из-за дебильного задания, я просрал свои НОВЫЕ очки! — тут начали доноситься ругательства на Архейском. Эграссель смотрел на того с недоумением, но быстро ретировался, подойдя впритык..

Чатик Первых в школьном Ау

Лололошка даже, когда ничего не забывал, всё равно не догадывался почему его лучший друг прозвал его и их названных братьев и сестёр – Первыми. Вроде же всё так логично, что они первые мироходцы, но это ведь неверный ответ? По крайней мере для Эграсселя. А ведь всё было так просто.

Без лика, без внешности, без тела, без имени, без... Всего. То ли будущее, которого он хотел? Они хотели? Лишь нить от желаемого когда-то осталась, ведя к ещё множетсву таких же.