— Твоё согласие не нужно, ДимДимыч. Смирись, главным здесь есть я. А ты — моя игрушка. Точнее говоря, прибор, который мне нужно починить... Парень, прикованный к батарее, тщетно пытался выбраться из ловушки, в которую загнал его Нолик, а фиксик в это время с наслаждением разглядывал тельце, которым собирался воспользоваться. — Не смей, а то я всем расскажу о существовании фиксиков! Но Нолик, казалось, его и не слышал, коварно молвив: — Приступим.

Накахара Чуя пишет список слабостей Осаму Дазая, постепенно пополняя его. Но он даже не подозревает о самой главной слабости суицидника.

В Академии есть правила, и Аль-Хайтам учит Каве первому из них: хочешь чего-то – заслужи.

«Каэдэхара задыхается в слезах, лежа на влажной земле. Юноша сжимает красный плетённый браслет и корчит лицо, не в силах побороть истерику. Снова пошёл дождь, но Кадзуха даже не думает покидать кладбище. Он лишь сильнее поджимает под себя колени и припадает лбом к холодному надгробию.»

— Ну вы посмотрите, наш бесстрашный Ричи грозы боится? — со смешком и явной издёвкой спрашивал Дилан. Труман уже приготовился протестовать, как неожиданно очередной раскат молнии заставил вздрогнуть всё тело. — Погоди, ты реально боишься её? — а в ответ ему последовало лишь неловкое молчание. А мы все знаем, что молчание – знак согласия.