Благородный омега за долги мужа должен расплачиваться собственным телом - таков закон высшего общества, после чего он становится изгоем, которого даже родная семья ничем не поддержит. Но что, если давно влюбленный в него альфа не признает этих законов?

Если бы только случайности были действительно случайны. Кристиан, четыре года проживший с деспотичным супругом, словно заслужил свою случайность, какой бы дорогой она ни была. Городок у водохранилища принял его. Новый дом спрятал. От прошлой жизни остались лишь воспоминания. И Кристиан сможет создать новые

— Да тебя попробуй убей, — друг заулыбался, завязывая пояс от кимоно и кидая красноречивые взгляды, — он постоянно выбирает тебя для того, чтобы показать новый прием. — Вот именно! — не мог ни согласиться Эдриан, еще больше негодуя. — И постоянно прижимается к тебе, роняет на себя или нависает сверху. — Вот им… стоп, что? — округлил глаза омега. — А ты не замечал? — теперь уже удивился Амур, — это же ежу понятно! А все эти милые прозвища? «Черныш», «Котенок»? Не просто же так!

По заявке: Омега из бедной семьи попадает в академию для альф на бесплатное обучение, притворившись альфой. И все бы хорошо, если бы не один наглый богатенький альфа...

Ну почему, почему всё так?! Почему на противне говно, если задумывалось шоколадное печенье?! И откуда, зараза такая, должны расти руки, чтобы раз за разом сотворять подобное? Из жопы? Не иначе. Потому что вариант «из плеч» не прокатывал никак, хоть чисто анатомически руки у Ирви и были расположены абсолютно правильно.

Сначала казалось, что история с отпускным романом зацепила настолько сильно просто потому, что Мишель вдруг ощутил себя брошенкой, которым тупо попользовались. Но потом... потом, пришло осознание: задето не только и даже не столько самолюбие, сколько сердце. Пропади он пропадом — этот клятый омега со сладким запахом меда и орехов! Медок-то да, был хорош, а вот об орехи все зубы обломаешь!

Уже неделю Нэнси сидел на строжайшей диете, состоящей из овощей, злаковых хлебцов и зеленого чая, пил по утрам воду с лимоном натощак и жевал льняные семена перед сном. А еще выполнял комплекс упражнений, который назывался «Топим твой зад!», делал адский массаж и успел даже немного похудеть, пока с ним не случился Филлер Грейсон. Наверное, самый вежливо-настойчивый альфа, который встречался Нэнси за всю его недолгую жизнь.

Из-за приоткрытой двери так и несло густым ароматом разгоряченных альф, а в тот момент, когда Стив с ней поравнялся, до слуха еще и долетел слишком хорошо знакомый звук: громкий шлепок (будто бы ремнем вытянули по влажной коже). А уж последовавший за ним тихий глухой стон и вовсе ввинтился куда-то в самое нутро – туда, где было странное место, которое все определяли одинаково: «под ложечкой». Где она – эта самая ложечка – Стив понятия не имел, но точно знал: если уж под ней засосало, то всё.

Бриан пришел в себя в новогоднюю ночь — разве что не с боем часов на ратуше. И, наверно, это стало самым большим, самым невероятным подарком, который можно было бы получить от судьбы. Правда, оценить произошедшее верно мешал страх. И ведь пугало даже не то, что теперь точно не удалось бы защитить себя, если бы киллер решил добить чудом выжившего "клиента". Куда больше страшило другое — до конца жизни остаться беспомощным инвалидом, неподвижным, будто полено.

Как говорится, ставка на зеро — рискованная затея, имеющая небольшой шанс на успех.