Если бы мы знали, что делаем, это нельзя было бы назвать исследованием. (с) Альберт Эйнштейн

Колдунья улыбнулась – не открывая верхней части лица, - склонилась перед ним ягнёнком в волчьей шкуре.

Сборник зарисовок по левиханам

Начало ХХ века в Англии ознаменовалось смертью королевы Виктории и концом викторианской эпохи. Наступило время перемен — политических, промышленных, общественных. Главные герои — представители высшего общества. Поддадутся ли они новым веяниям и станут шагать в ногу со временем? Ответить на данный вопрос легко. Но что насчет перемен в личных отношениях?

"И вдруг я понял, что всё это: пробитие стены, смерти, титаны – как-то связаны с женщиной, по имени Ханджи Зое"

Аккерман всегда считал себя человеком благодарным и нетребовательным, довольствовался тем, что у него есть, не прося больше. Но с Ханджи вечно всего мало.

«Этот день не может стать хуже», — подумала Ханджи, набирая номер техподдержки.

Покой - это закрыть глаза для того, чтобы больше их не открыть. Это вдохнуть в последний раз соленый прибрежный воздух. Проводить усталым взглядом последний закат. Подарить последнюю улыбку этому беспощадному миру. А еще покой - это Ханджи Зое, спящая рядом.

Насмешка в её голосе сквозит опасностью и игривостью, точно кошка нашла себе незатейливое занятие, приносящее максимум удовольствия. Занятие – игра с мышкой. Маленькой такой, но чрезмерно горделивой и, чего греха таить, сексуальной.

Все случается в первый раз. И в последний.

— Так красиво, — почти беззвучно прошептала Ханджи, не отрывая взгляда от закатного солнца и водной глади. — Да, — коротко ответил Леви, не отрывая взгляда от самой невероятной женщины в его жизни.

Пока мир, лелея почти угасшую надежду на спасение, пытается оправиться от войны и пережить ужасы нарастающих послевоенных политических конфликтов, Тайное Общество Детей Леса, стойко превозмогая все недостатки воздушной почты между Маре и Парадисом, ведёт работу над важнейшей военной миссией: спасти наследие 14-го командора разведотряда Ханджи Зоэ. И вместе с тем - душу одного капитана. Нерассказанная история любви сквозь призму детского мировоззрения.

– Так вы уже придумали имя? Фалько даже слегка подпрыгнул от его голоса. У него явно сдавали нервы. – Да… Если будет мальчик, то Кольт, в честь брата. Ривай коротко кивнул, смотря куда-то вдаль из окна городской больницы. Скоро стемнеет. – А если девочка? Размышления Ривая о событиях и решениях, которые привели его жизнь - полную смертей и боли - к моменту, когда в этот мир вошла новая.

Пятнадцать вещей, что они любят друг в друге, от привычек до воспоминаний.

Ханджи крадёт для себя небольшой отдых на берегу моря, но замечает, что не одна она пришла прогуляться в этот день.

- Зачем ты это сделала? Любой другой закрыл бы эту дверь и никогда не оглядывался назад. - Любой другой сначала постучал бы, но ты больше, чем кто-либо другой, должен знать, что я… Как ты там выразился? Ненормальная, не так ли?

Каждый раз закрывая глаза, я представляю, что нахожусь посреди бескрайнего океана.

После падения стен, в мире без титанов, Ханджи и Леви пытаются научиться жить заново. Без сражений, без потерь — но и без привычного смысла. Постепенно они находят его в тишине, в заботе, в детях, в друг друге. Любовь приходит не сразу — она вырастает, как сад, требуя времени, боли и смеха. Они переживают всё: принятие чужого ребёнка, рождение собственных, ревность, старые письма и страхи, быт, упрямство и нежность. Но в жизни, как и в бою, нельзя ничего гарантировать — кроме того, что в один

Корпусу нужна ёлка. Ханджи нуждается в празднике. Ривай хочет, чтобы его оставили в покое.

Каким будет мир, если свергнуть короля? Станут ли иными правила игры? Ханджи Зоэ не ждала перемен, но теперь, чтобы остаться в строю, ей придётся распутать клубок политических интриг. Взглянуть по-новому на то, что казалось привычным. Сразиться с собственной совестью. И осознать, что её сердце уже не так защищено, как прежде.