Он забывает. Каждый день — немного больше. В доме, где пахнет лекарствами и дождём, Чонгук пишет в свой старый дневник: о первой встрече, о разлуках, о смехе, о доме, где ждал его кто-то тёплый. А Тэхён каждый день приходит — просто чтобы услышать, как человек, которого он любит, рассказывает их историю… не узнавая, что она — их. Триста шестьдесят пять страниц.

Тэхен живет себе и горя не знает: попивает кровь из пакета, отрицает прогресс как понятие, чахнет от скуки и от Судьбы подставы не ждет. А потом ему на голову валится этот блаженный с крылышками за спиной и все к херам ломает: играючи раздражает, тревожит в паху и пахнет, сука, так сладко, что не устоять. От Чонгука несет человеческой жизнью, немножечко — раем, и сильно — проблемами. Огромной. Кучей. Проблем.

Тэхён никогда не верил в судьбу. Для него не существовало ни круговорота душ, ни загробной жизни на священном Олимпе. Всё это казалось не более, чем древними преданиями. Красивый, талантливый, с блестящей карьерой преподавателя мифологии — он мог бы сам стать героем древнегреческого мифа, если бы до конца верил в них. В жизни Тэхёна не было места для чудес. Но появляется Он, словно сойдя со страниц манускриптов, о которых омега рассказывал студентам, и все легенды начинают оживать.

Любовь – это не снаружи, это где-то внутри... Это когда две души находят свой дом друг в друге, даже спустя много времени... Это если всю душу взять, да без остатка, без сомнений и без торга, не требуя ничего взамен, просто потому, что иначе никак. Только не всегда омеги бывают мальчики-колокольчики, бывают и сюрпризы от вселенной! И приручить нужно не дракона, а обычного омегу, посланного ему свыше за какие-то заслуги, хотя Чонгук не очень в этом уверен...

— Предлагаю нашему Гуфи подружиться с Вайсом, — Чонгук на этих словах едва не давится воздухом. — У тебя есть месяц, Гу, — обращается уже к нему. — Месяц на то, чтобы влюбить в себя Ким Тэхёна.

Тэхён - старше, сильнее, опытнее, держит всё под контролем. А Чонгук? Он даже не догадывается, что уже оказался в центре этой власти.

Что в университете, что сейчас — от присутствия Ким Тэхёна становилось дико до внутреннего зуда, до сдавленного ощущения в области живота.

«Эта история может быть правдой, а может — вымыслом, но её холод и тайна навсегда остаются в душе.»

Цена самой сильной преданности — это собственная жизнь.

— Тебе не следует обижаться, — словно не слыша его, говорит мужчина. — В свои двадцать пять у меня уже была своя семья. Тебе тоже пора остепениться. Остановившись за машиной, замершей в потоке десятков таких же, как она сама, Чонгук взирает на него с нескрываемым раздражением. — Даже если это значит взять в жены девушку, с отцом которой я делю постель?

— Не играй со змеем, крохотный мотылёк, если не хочешь быть съеденным.

В 2018 году Ким Тэхен и Чон Чонгук поставили точку. Ради группы. Ради семи имён на билбордах страны. Ради всего, что они построили.

—Ты ушел именно в тот момент, когда я нуждался в тебе больше всего...-озвучить эти слова оказалось довольно сложно, ведь Тэхён понимал, что они причинят боль. Ту самую боль, которая будет съедать изнутри изо дня в день, не давая дышать полной грудью... —Тэ, я... -на осмысление и подбор нужного набора слов потребовалось больше времени, и это читается в его бегущем взгляде, полном сожаления и чувства вины. Тишина никогда так не ранила, как сейчас...

После сорока пяти любовь становится осознанной роскошью и испытанием на честность. Герою нужно разрушить образ прошлой жизни, чтобы открыто сказать: «Я люблю мужчину».

— Знаешь? Мне насрать, — вкрадчиво промурлыкал Чон, склоняясь ближе к лицу Тэхена, на щеках которого уже вспыхнул злой румянец. — Так даже лучше: больше не придется подбирать слова и церемониться с тобой. Можешь хоть на лбу у себя выжечь, — мужчина грубо ткнул указательным пальцем в нахмуренный лоб омеги, — «Осторожно: злая, ядовитая тварь». Это ничего не изменит. Я окажусь тварью куда злее, и тебе это ох как не понравится.

Люди легко могут расстаться и из-за меньшей ссоры, проблем, просто разойтись, утопая в гордости и эгоизме, а не решая и не спасая. Сейчас, в тридцать, Тэхён понимает, как они оба были неправы. И часто думает, какой была бы их жизнь, если бы они с Чонгуком не расстались. Но однажды увидев один сон, Тэхён понимает, что больше не может так жить.

— Это было охуенно. Поминки продолжаются! — Он встал, поднял свою шубу, которая вся вымокла от чужой крови и теперь была не белой, а красной, и накинул её на плечи. Кто-то сунул ему бокал с шампанским, пролив половину мимо, и он тут же с криком: «За тебя, любимый папочка! Благополучно гореть тебе в аду!» — залпом его осушил, а затем швырнул бокал в ближайшую стену, где тот разлетелся на тысячу осколков.

Тэхён написал ему на следующий день, как и обещал, и пригласил встретиться в его, сука, гей клубе. Блять, ну кто бы сомневался. Чонгук фыркнул покачав головой, но здраво решил не выебываться и покладисто согласился на встречу там, где предложили. Гей клуб, так гей клуб. Полюбуется на скопление педиков, от него не убудет. Зато в лице «голубоватого» Кима, есть шанс заиметь хоть одного союзника. Стремновато это конечно, но жить захочешь и не так провернешся.

Красное смещение указывает на то, что объект удаляется. Вопрос в том, что именно пытается исчезнуть — убийца, истина или сама человечность?

Чонгук много лет дрейфовал в своем одиночестве, пока на пороге его дома около маяка не упал в обморок парень с собакой на руках.