Фрэнсин думал о Ричарде. Думал и ненавидел себя за эти мысли. Фрэнсис ненавидел его тёмные волосы, ненавидел его склонность к вранью, ненавидел запах крепкого чёрного кофе и дешёвого одеколона, которым пропахли все вещи Пэйпена. Фрэнсис ненавидел его серый свитер и самого Ричарда в нём.

«Вообще-то Ричард — довольно извращенный персонаж... Он не в ладах со своей сексуальностью…» ДОННА ТАРТТ, ИНТЕРВЬЮ В BENNINGTON VOICE, 28 ОКТЯБРЯ 1992-ГО

Если бы целовавшихся Ричарда и Фрэнсиса не прервал постучавший в дверь Чарльз.

Ричард весь словно вылеплен из него: сепия в глазах, глиняные волосы, загар цвета корицы, которую он любил добавлять в горячий шоколад. Как губы, которые темнели от глотка кофе, как медно-оливковый свитер с растянутыми рукавами и катышками подмышками, где рукав трется о бок. Генри не мог найти ничего очаровательнее и уродливее одновременно, чем этот свитер и Ричард в нём.

«Ричард благодарный любовник» — так его опишет Генри Камилле.