— Ты бы предпочла, чтобы вокруг меня происходило больше рутинного? — Я бы предпочла, чтобы вы перестали нависать надо мной как какой-то... — Извращенец? — Как мужчина, считающий, что ему всё можно с женщинами. — Для тебя я готов стать мужчиной, с которым женщина посчитает, что ей можно всё. — Хорошо. Можно мне мышьяк?

В гареме императора тишина обманчива, а каждая улыбка скрывает интригу. Маомао — всего лишь травница, стремящаяся оставаться в тени, но ее путь пересекается с тем, кто должен быть недосягаем. Джинши, младший брат императора, красив, опасен и одержим ею. Он способен подарить ей все, но Маомао хочет только одного — свободы. Чем глубже она запутывается в его чувствах, тем сложнее ей сохранять хладнокровие. Любовь — яд, а Джинши, кажется, готов отравиться. Но что, если именно это станет их гибелью?

Маомао устала. Цепенящий животный страх, поиски спасения в быстром беге и прохладная полутьма в пещере высасывали силы капля за каплей. Нервозность постепенно сменялась апатией, если не депрессией, и уже совершенно плевать на хладность известняка, на нависшего Дзинси, который смотрел на неё неотрывно, до очевидного влюблённо.

Интерес к различным вещам, касающихся медицины и лекарств, в МаоМао просыпается по щелчку пальцев. А вот если ей показать евнуха с тем, чего у него быть не должно, то она готова будет раздеть его до гола, лишь бы понять, как он вернул "его" обратно. Но вот, такие игры не всегда доводят до хорошего конца, особенно если этим евнухом оказывается Джинси влюбленный в МаоМао, еще и напившийся афродизиака.

Все в Маомао его притягивало, и вот, притянуло настолько, что теперь «лягушка» Джинши упиралась в ее ягодицы. Девушка, что всегда показывала свою силу и независимость, в его руках открыла свою хрупкую и нежную сущность. Сейчас они были совершенно одни в пещере. Стоило ли воспользоваться этой возможностью?

Всем известно, что кошки любят тепло, спокойствие и уют. И ласку. Маомао, как та, в имени которой и был заключён этот зверь, по большей части этим постулатам соответствовала, пожалуй, за исключением последнего. Но всё когда-нибудь меняется.

Маомао знает истинное наслаждение лишь в собственных увечьях во имя науки (может и не совсем науки). Стимуляторы, алкоголь и даже яды на неё не действуют. Но есть одна уловка, которая может заставить даже самую нелюдимую кошечку стать страстной и послушной.