Холодным вечером, под теплым пледом и ароматным кофе, я приглашу вас окунуться в мир необычной сказки. (Шуточные интерпретации всеми известных сказок с нашими мальчишками)

- Сейчас я скажу то, что мечтал сказать ещё со старшей школы, - говорит Тэхён, медленно подходя ближе. - Раздевайся и раздвигай ноги, Чон Чонгук, будем разбираться с твоей проблемой.

Все-таки Юнги заболел… Не то чтобы он не болел раньше. Конечно, болел. Все болеют – и айдолы, и продюсеры, и рэперы. И те, кто состоит из этого микса целиком, разумеется, тоже. Болеют. Простужаются или хватают вирус. Льют сопли, кашляют, кутаются с головой в теплое толстое одеяло и пьют горстями таблетки. И жалеют себя. Естественно. Ну потому что, когда в теле ноет каждая мышца, каждая косточка, и хочется лечь, хотя ты и так уже лежишь – единственное на что хватает сил, это жалеть себя.

Юнги прочно закрыл свои нездоровые чувства и ненормальную тягу, а ключ оставил в Корее. Только ключ сам припёрся, и не подозревая, что именно способен открыть. Симптомы позабытой болезни возвращаются слишком быстро. Слишком стремительно клеймо: «Извращенец» снова жжёт в груди. «Зачем ты приехал, утёнок? Я сбежал, чтобы уберечь тебя от себя. Зачем ты приехал?».

«Зимняя прелесть»! — громко прочёл ответ Тэхён, резко садясь. — Кто?! Я?! Блин, он реально думает, что я омега? Вот это поворот. Если Юнги скажу, что меня нарекли зимней прелестью, то он будет до конца жизни так величать и ржать, как конь на выгуле. Вандал, ну ты даёшь. *** Весёлая новогодняя история об одном, довольно большом заблуждении.

Омежки опустились на свои кровати и посмотрели друг на друга. Волосы у обоих были растрёпаны. У Тэхёна на блузке был оторван воротник, одно ухо было слишком красным. Кроме того, на правой щеке проступала боевая царапина, а на скуле быстро наливался синяк. Чимин выглядел не лучше: один из рукавов блузки держался на тоненькой ниточке, на плече был заметен укус, на левой скуле отсвечивал синяк, а нос украшала царапина.