Нил Джостен был уверен, что нашел для себя идеальное убежище. Место, где ему знаком каждый закуток, каждая лесенка. Место, где он умудрился завести друзей. Место, к которому он неожиданно привязался и даже начал считать, что сможет провести здесь много лет. Пока в него не вторглись агенты ФБР, Эндрю Миньярд и Кевин Дэй.

Нил пытался сосредоточиться на светлых волосах, чтобы не видеть безразличное лицо. Мир – смазанный, неясный. Нил слышал в тишине дыхание Эндрю. Нил помнил, что волосы Эндрю мягкие. Помнил, как пряди путались у него в пальцах. Всё помнил. Лучше бы забыл. Но никак не получалось, и алкоголь совсем не помогал забывать. Нил не говорил с Эндрю о случившемся с того момента, как вернулся в Пальметто после года жизни в Англии со Стюартом.

Эндрю не питал надежд. Особенно после того, как поджёг сигарету только с третьего раза, потому что из-за дрожащих пальцев не щёлкала зажигалка. Он знал, что никому особо и не сдался, ничего радужного. И ему никто не сдался, разве что... Но это уже не имело смысла. В СМИ не напишут о том, как уходят чемпионы бокса. О том, как заканчивают свою ранее блестящую карьеру. И жизнь.

Нилу двадцать четыре года. Тренер Эндрю Миньярд на тринадцать лет его старше.

Нил не специально устраивает пожар в офисе. И не специально застревает на тридцатом этаже небоскреба, пытаясь оправиться от панической атаки. И даже не специально влюбляется по уши в горячего пожарного, руки которого кажутся самым безопасным местом на свете. А вот добивается его внимания, играя на потребности помочь человеку в беде, может, и специально. Правда, объекту его восхищения вовсе не обязательно знать, что все эти беды Нил тщательно планирует и разыгрывает сам.

Что если Натаниэль Веснински воспитывался как Ворон, и сбежал с матерью только в пятнадцать? Что если отец поймал их четыре года спустя, и Стюарт Хэтфорд пришёл слишком поздно, чтобы спасти его правую ногу? Что если Кевин Дэй выполнил свою часть сделки, и Эндрю Миньярд продолжил играть в экси после выпуска? Что если Эндрю встретил Абрама Хэтфорда в пабе во время своего второго года как профессионального игрока в экси? Это смутная попытка ответить хотя бы на последний вопрос.

Рико заставляет Эндрю трахнуть Натаниэля. || Вороны!AU

— Эй, капитан. На этот раз ты за рулём. Эндрю кинул ему ключи от Мазерати, но Нил не поймал. С глухим звоном они упали на грязный бетон и так лежали, позабытые. Что это сейчас было? Всего секунда, как это слово — капитан — покинуло рот Эндрю и тут же выбило из Нила весь дух. То, как резко и чётко «п» соскочила с его губ. Как жёстко и естественно «к» прозвучала в горле. Всё тело отреагировало так, будто что-то внутри, натянутое и тяжёлое, неожиданно сорвалось. | у Нила кинк на «капитан».

Надо было валить, когда он сказал «плохая идея». Но… он сварил мне пасту, и я остался. Au: Нил на таблетках.

— Агент Миньярд. У меня для тебя предложение, от которого ты не сможешь отказаться. Найди меня до рассвета, и я твой. После гибели друга Натаниэль Веснински делает единственную логичную вещь — сдается своему заклятому охотнику, агенту ФБР Эндрю Миньярду. Но его капитуляция — лишь первый ход в новой игре. Теперь он — консультант при том, кто его поймал, с электронным браслетом на запястье и местью в сердце. Спасибо, что поймал. Теперь разберись с тем, что я принес с собой

В Детройте ходит легенда: для того, чтобы стать идеальным полицейским, человеку не хватает лишь мощного компьютера в голове. Детектив Нил Джостен с этим утверждением не согласен, но после серьёзной аварии просыпается с внедрённым в своё сознание процессором от Киберлайф. Когда в городе объявляется хакер, способный теперь взломать даже мозг Нила, совершенный дефект становится его главной слабостью, а ненавистный напарник — андроид MN-300 по имени Эндрю — единственным шансом на спасение.

Нил Джостен находится в бегах, когда судьба сталкивает его с организацией дайвинга, неожиданно стремительно ворвавшейся в его жизнь. Вот он угоняет машину под обстрелом на границе Мэриленда, а вот уже натягивает на себя гидрокостюм в жаркой Флориде, потому что это вдруг становится единственной возможностью вернуть наследство своей матери. Дело важное, так что он был бы не против, если бы не несколько деталей: Нил ненавидит глубину, манипуляции и — с недавних пор — дайвера по имени Эндрю Миньярд.