Несчастный случай приводит к тому, что Джинши теряет память. Единственная часть его прежнего «я», которая осталась, — это его чувства к некоемой травнице… которые, кажется, даже становятся сильнее, чем когда-либо. А вышеупомянутая травница? Что ж, у нее не остается другого выбора, кроме как позаботиться о нем и сделать все, что в ее силах, чтобы вернуть ему воспоминания…

Течение жизни богов, демонов и людей после грандиозной победы над Безликим Баем вернулась в прежнее русло. Но почему вдруг начала давать сбои Небесная Кара? И от кого древнейшие на земле божества столетиями тайно скрываются среди людей, демонов и небожителей. Но главное, чей артефакт, по легенде способный в мгновение ока уничтожить все три мира, случайно попадает к бывшему Повелителю Ветра? Да и случайно ли? Роман- постканон, разрушающий общепризнанные стереотипы характеров героев.

Маомао — алхимик, но всё, чем она занимается по жизни — готовит и продаёт лекарства морякам и рыбакам. Пока однажды не встречает на берегу прекрасного юношу с лицом небесной нимфы и серебряным рыбьим хвостом. Их связывает загадка: серебряная чума, убивающая море. Джинши — сын Морского царя — привык, что его красота открывает любые двери, но на алхимичку же его чары отчего-то не действуют. Маомао соглашается помочь, но чем глубже они погружаются, тем яснее понимают: чума — не случайность, а след.

После спасения отравившегося мужчины Маомао возносится как богиня медицины

В ушах раздался звон колокола, глаза вдруг ослепил ярчайший белый свет, желудок словно сделал кульбит. Зуйгетсу почувствовал давно забытое ощущение невесомости, и от неожиданности всего прикрыл веки. Через пару мгновений, когда шум прошёл, а он ощутил, что твёрдо стоит на своих двоих, принц осторожно открыл глаза. «Уже и не думал, что когда-то вновь здесь окажусь…»

Джинши, уже готовый оправдываться и давать мягкий отказ, как стоял так и застыл с открытым ртом. Эта маленькая и не примечательная студентка, предупреждённая им ранее об явно крепком алкогольном коктейле, смешанным с непонятной дрянью, только что залпом влила его в себя.