«Любовь зла, полюбишь и козла». Только Кайзер лучше бы действительно в рогатый скот влюбился, чем в Мукадэ Доку, что при весьма джентельменском знакомстве весьма не по-джентельменски ломает Михаэлю руку.

Гермиона и Рон подарили Гарри новую жизнь, украв его старую. Они считали это милосердием. Драко Малфой и его друзья видят все иначе: они, «трусливые» и «эгоистичные» слизеринцы, никогда не отняли бы друг у друга право на собственные шрамы. Их дружба, выкованная в общем аду, в разы сильнее, честнее и жестче. Они не собираются спасать Поттера, их цель — вернуть его собственный ад. Не из ненависти, а из уважения к тому, кем он был, и кем мог бы стать, пройдя через него.

Художник бежит от призраков прошлого, темный княжич готовит месть. Их связывает только заказ портрета и общая для перешагнувших смерть жажда крови. Они знают, что лучше не сближаться. Эта связь грозит разрушить все планы, а притяжение может оказаться опаснее самой глубокой тьмы.

Что может связать главаря района и незрячего парня?

Федя чудесно жил бы с выбранным родителями мужем. Так все делали: рожали пару карапузов, сдавали их в интернат или оставляли на попечительство нянь и всю оставшуюся пили просекко и делали буквально всё, что пожелается. Если бы Федя подумал об этом на пару минут дольше хоть раз в своей жизни, то, возможно, уже пил бы просекко и заставлял мужа исполнять все его прихоти. Только Федя был дебильным. Федя хотел быть моряком и ходить в классных полосатых майках.

Драко уверен: это лето станет скучной ссылкой. Гарри уверен: он легко справится с избалованным мальчишкой и сыном своего бизнес-партнера. Но в холостяцком лофте пахнет сигаретами, шоколадными конфетами и опасным любопытством. Сколько нужно времени, чтобы выдержка Поттера дала трещину под взглядом серых глаз? У Драко есть всего три месяца, чтобы это выяснить.

Оливер Берман живёт по расписанию: завтрак в 7:15, уборка по субботам, книги расставлены по цветам. Кими Антонелли живёт по принципу «а что, если?..» — его вещи разбросаны по комнате, на столе вечно остывает кофе, а в холодильнике почему‑то появились полевые цветы. Они соседи по комнате в общежитии Лондонского университета — и их сосуществование напоминает хрупкое перемирие двух государств. Но что, если хаос и порядок могут не просто ужиться, а дополнить друг друга?