Au, в котором очередное неудавшееся свидание довело натурала до секса с парнем.

— Мудачьё! — злостно выпаливает Тэхён, свернув на обочину. Он выходит из машины и быстро вышагивает навстречу к спе‌шившемуся с байка парню. Но дальнейшее желание втоптать наглеца в асфальт моментально испаряется, когда тот, развернувшись к нему лицом, снимает с себя мотоциклетный шлем. — Удивлён? — хмыкает байкер, избавляясь следом и от кожаных перчаток.

Тело — это лишь временный сосуд. Душа — вот, что по-настоящему важно, ведь она бессмертна и помнит все предыдущие жизни.

И тогда он понял, что проебался. Потерял самого светлого человека в своей жизни, без которого не сможет существовать.

— Я хочу его себе, — тихо выдохнул Чонгук, его взгляд застыл на модели, что с непередаваемой грацией парил по подиуму. — На член? — Юнги разразился похабным смехом, оценивающе оглядывая компаньона и, по совместительству, лучшего друга. — Знаешь ведь: право прикоснуться ко мне нужно заслужить. Кого попало не подпускаю, — Чонгук наконец прервал созерцание сцены и перевёл ледяной взгляд на Мина. — О да, прости… Я и забыл, что член Чонгука — это золотой пизды колпак. Пф… — отмахнулся тот.

Всё это чертовски пугало, Чонгук постоянно пытался альфу оттолкнуть, потому что чувствовал, что тот и так приблизился слишком сильно. Он по-прежнему казался Чону несерьёзным и не самым надёжным, омеге постоянно казалось, что рано или поздно ему эта дружба больно аукнется, но Тэхён пёр танком и на все Чонгуковы "стой, блять" также мысленно отвечал "подожди, я тут ещё не все ограждения переебал".

Тэхёна воспитали по всем правилам и выдали замуж. Он так сильно старался угодить своему альфе и искренне не понимал что делает неправильно. А Чонгуку просто напросто нужно совсем другое.

Чонгук к своим почти 40 годам добился огромных высот в легальном и нелегальном бизнесе, перед ним склоняли головы, его боялись, уважали, любили, боготворили. И всему миру было интересно лишь одно: почему альфа так и не построил свою семью, почему не нашел себе омегу и не остепенился? Догадки будоражили сознание, но ни один так и не разгадал эту тайну. Пока однажды, не появился он.

Чонгук смотрит на скульптурный румяный профиль и думает, что, кажется, идея фиктивной помолвки с омегой была ошибкой. Потому что то, как неожиданно ускоряется собственный сердечный ритм после каждого вдоха чужого феромона, абсолютно не вписывается в план и жизнь Чонгука. Это ведь просто давно знакомый официант Тэхён, верно?

Чонгук всегда презирал изменщиков, пока не стал одним из них.

Они становились Мастером и его послушным лисёнком, как только звучало чёткое «Сессия начинается» из уст Чонгука. А до тех пор он был всего лишь подчинённым адвоката дьявола Ким Тэхёна, одного из самых беспощадных церберов в юридической практике страны, наводящего на сотрудников своей фирмы трепет. Но по субботам Чонгук прощал тому всё, лишь взглянув на то, как Тэхён покорно становился перед ним на колени и протягивал в руки поводок от своего ошейника.

Что может случиться, если позвонить другу, чтобы обложить начальника? Тэхен теперь знает ответ на этот вопрос.

Когда спустя годы в съёмочном павильоне Тэхён увидел человека, воспоминания о котором, как ему казалось, он похоронил внутри себя, понял, что ничего ещё не закончено.

— Я сомневаюсь, что в этом мире есть хоть что-то, что заставит меня полюбить байки, — Чонгук фыркнул и, развернувшись, ушел в кабинет. — Может быть, кто-то заставит, — Чимин бросил эту фразу, не особо думая над ней. Гук подросток, увлекающийся флористикой, читающий романы и мечтающий о красивой любви. А Тэхен байкер, которому пришлось полюбить цветы.

Когда прошлое не отпускает, а сердце боится начать сначала, остаётся лишь шагнуть навстречу судьбе.  Тэхён ищет своё место в бурном море чужих ожиданий и собственных сомнений. Судьба снова сводит его с Чонгуком, и их встречи становятся испытанием для сердца.  В этой истории переплетаются жажда успеха и искренние чувства, способные разрушить все границы.  Продолжение фф «Чек-листа ловеласа», которое можно читать и как отдельный фф.

Тэхён до сих пор не понимает почему именно в этот момент он окончательно потерялся? Почему вместо того, чтобы произнести заученную реплику, он молча уткнулся носом в мокрую шею Чонгука, наслаждаясь его запахом? Почему его губы с необъяснимым благоговением коснулись чувствительной точки за ухом и чуть не произнесли вслух то, что упрямо билось у него в висках — «мой»?

Каждый из нас предан. Кому-то или кем-то. — Но ты же обещал... — совсем тихо шепчет омега, пытаясь сдержать рвущиеся наружу всхлипы. «Отпусти его, он сам сделал свой выбор, он мерзавец и не стоит твоих слёз», — шепчет внутренний голос где-то на подкорках разума. — Но разве мерзавец мог оставить после себя настолько прекрасное? — почти неслышно проговорил омега, заходясь в рыданиях.

Дистанция… это больше не привилегия тех, кто умеет выстраивать свои границы. Теперь это необходимость. Человечество медленно умирает, оставляя себе остатки тепла, после которого следует холод, стоит лишь выйти из сети…

Истинность приходит не тогда, когда её ждут. Она приходит в темноте кинозала, в чужих объятьях и слишком поздно, чтобы стать спасением. Одна случайная встреча медленно вытаскивает наружу всё, что было спрятано слишком глубоко, заставляет платить за молчание, которое и без того стоило слишком дорого, и вынуждает сделать выбор, который всё равно причинит кому-то боль.

Один жёсткий ультиматум. Два занятия в неделю. И ровно месяц до того, как принципиальный репетитор по английскому забудет о профессиональной этике прямо на своём рабочем столе. — Но какая ирония, — Чонгук мягко перехватил запястья Тэхёна и отвёл его руки от лица, заставляя посмотреть на себя. — Ей так понравился репетитор... а в итоге он достался её дяде. Совершенно без шансов.