Когда от усталости хочется содрать с себя шкуру, приходит спасение. В ненависти и ярости. В хронической злобе. В возвращающейся боли. И осознании: любое спасение временно.

Впервые за очень долгое время ему было тихо.

Гермиона втянула ртом воздух и открыла крышку унитаза, кашляя. Розовые лепестки усеяли белый ободок, и, если бы не приступ боли в грудной клетке, она наверняка бы в очередной раз поразилась. Нежно-розовый цвет, серьёзно? Он в последнюю очередь ассоциировался у неё с ним. Ей казалось, что она должна откашливать что-то вроде генлисеи — это бы идеально ему подошло. Никакой нежности.

Драко Малфой был влюблен в Гермиону Грейнджер. Он не знал об этом. Она не знала об этом. Но Блейз, о Мерлин, как же Блейз об этом знал.

И будь я благородным принцем, отпустил бы тебя сейчас, но это не та сказка.

— Это была моя любимая сказка. Но потом я выросла и поняла, что это...так глупо. Она всё время бежала за ним босиком, когда он даже не подумал о ней, уйдя со Снежной Королевой. Он все эти годы о ней даже не вспоминал. И я не хочу быть глупой, как она. Я устала бежать за Каем. Я устала, — Гермиона ощутила, как тёплая слеза скатилась в угол её губы, и он проследил за ней холодным взглядом. Так он смотрит на соперников перед игрой в квиддич. Безразлично. Бездушно. Чёрство. — Пусть спасает себя сам.

— Там холодно, — уточнила профессор. Да… В Дурмстранге холодно даже в конце августа…

Сиквел "Сказка о том, как Герда бежит за Каем". Особенность сказок не в волшебстве и чудесах, а в том, что к ним хочется возвращаться.

В волшебном мире орудует группа контрабандистов. Глава Аврората — Гарри Поттер — собирает людей, чтобы расследовать это дело. При чем тут Драко Малфой? Почему «сверху» отдан приказ взять его в команду? Почему Поттеру нельзя просматривать его досье? И где он был десять лет после окончания войны?

На мгновение виснет давящее, будто под прессом, молчание, когда их взгляды встречаются. Она даже не уверена, смотрит ли он ей в глаза. Зрение до ужаса подводит в столь нужную минуту. Она опускает глаза на его плечо, на разодранную ткань рубахи, перепачканную кровью и ещё чем-то… У Гермионы крошится где-то внутри. Корсет рёбер ли или же высохшее от отлившей крови сердце. Она смотрит не на кровь на плече. Она смотрит расплывчато на вытянутую голову вытатуированного дракона.

Они не очень-то годились для ППЧ — в смысле, для публичного проявления чувств. В конце концов, он был Драко Малфоем, а она — Гермионой Грейнджер.

Драко и Гермиона даже не подозревали, как приятно может оказаться сидеть под одним зонтиком на дождливом матче Гриффиндор-Слизерин...

— М-малфой, — наконец разродился Поттер. — Какого хера на тебе гриффиндорский галстук?

Сводить людей — задача не из легких, но Блейз Забини с долей слизеринской выгоды и не без праздного удовольствия решает этим заняться, чтобы избавить замок от каждодневных скандалов Малфоя и Грейнджер.