Им не нужно было считать время, они — время. Сборник драбблов по всем пейрингам в одной вселенной.

Они друг для друга запретный плод. Сладкий, манящий, притягательный. Самый желанный. Во всех из существующих вселенных.

небольшая выдумка о том что могло бы быть после 187 эп. комнаты Чанни

Минхо ложится спать с мыслью, что ненавидит Рождество. Чан, с горящими от радости глазами, наблюдает, как стрелка часов близится к двенадцати.

Минхо чуть не расплакался от того, как Чан гармонично выглядел в пейзаже его комнаты.

Лидер ни в коем случае не должен узнать, что его очередной грязный концепт для трека взыграл с Ли злую шутку.

Минхо раздражал Чан. Он ненавидел то, как Чан улыбался другим, смеялся с ними и обнимал их. Минхо хотел переломать руки каждому, кто касался Чана, и выколоть глаза любому, кто разглядывал его тело. Минхо так сильно ненавидел это всё, что сходил с ума.

— Какой, однако, неожиданный сюрприз, — проговорил Бан Чан, разрывая между их губ ниточку слюны. Он подцепил пальцем край одного чулка Минхо, оттянул чуть ли не до треска тонкой ткани, а затем отпустил. Резинка звонко соприкоснулась с нежной кожей бедра, оставляя за собой алеющую полоску. Минхо пискнул от неожиданности и подался вперёд, словно пытаясь убежать от очередной такой выходки, но сильные руки старшего крепко держали поперёк живота, притягивая обратно к широкой груди.

Мужчина закидывает ногу на ногу, обеспечивая себе больший комфорт, сидя в кожаном кресле. Пальцы левой руки, с короткими ноготками, ведут по ручкам мебели, изготовленых из металла. Его голова наклонена, а уставший взгляд зациклен на чёрной плазме, где картинка сменяется другой, проигрывая анимационный фильм, сделанный по маньхуа.

Минхо и Чан – абсолютные противоположности: хмурый взгляд против широкой улыбки, шоколадные волосы против осветленных блондинистых волн, неумолимый холод против сплошного солнца. Чан был популярен и всеми любим, Минхо же на это было совершенно плевать. Так почему же они идеально подходили друг другу?

— Блять, ты мог бы заработать миллионы просто дав кому-либо из фанатов трахать свои бёдра. Или, может, ты бы предпочёл устроить встречу сразу с несколькими людьми, дабы те оттрахали тебя одновременно, до бессознательного состояния? В этом смысла даже не будет – ты так и останешься глупой насадкой на член, которая не будет сопротивляться чему-либо.

а Чану было все равно, как всегда в прочем

и я представлял диалоги с тобой в своей голове, представлял. мне так было легче. там ты отвечал мне так, как мне хотелось бы чтоб было в жизни, там тебе было не плевать, там ты меня слушал и слышал, там я был тебе нужен.

Бан Чан: "...А ведь можешь приехать ко мне. Выпьем, поедим, сделаем пару расслабляющих затяжек лечебной марихуаны, немного расслабимся и, наконец, я узнаю вкус твоего поцелуя".

Минхо стоял лицом к кафельной стенке и опирался об неё двумя руками. Журчание воды успокаивало, мягкие тёплые струйки расслабляли, а руки, обёрнутые вокруг талии, ощущались так правильно... Руки? — Я решил не тянуть, а попросту изменить привычное место на другое. Что думаешь, м? — риторический вопрос, сопровождающийся грубым рывком за волосы и не требующий ответа: альфа уже всё давно решил и не потерпит отказа. Впрочем, омега и не против.

— Твоя игра зашла слишком далеко, Минхо, – прорычал Чан и попытался снова освободить свои руки. — Моя или твоя? – нахально улыбнулся Минхо, опаляя горячим дыханием пухлые губы. — Если хочешь, я остановлюсь, только попроси. —... не останавливайся.