- Терапия не дала ожидаемого результата. С физической точки зрения Пит давно здоров, все последствия яда и пребывания в Капитолии сведены к нулю, - ментор делает паузу и задумчиво смотрит в окно на соседний дом. – Кроме его головы. - И что мы можем сделать, Хеймитч?! Он ненавидит меня! Презирает! Боится! - Китнисс, сейчас совершенно неважно, что чувствует к тебе Пит. Он может любить или ненавидеть, но это не имеет никакого значения. Сейчас важно, что чувствуешь к нему ты.

– Китнисс, пожалуйста, не убивай нас, – шепчет Пит, покрывая поцелуями мои руки. – Ты должна жить дальше. Есть ради кого… Отворачиваюсь от него, не в силах больше смотреть в глаза, полные любви и нежности. Сегодня Пит не поймет меня, потому что люди, которых он любит, живы. Выдергиваю руку и начинаю смеяться громким, почти безумным смехом, чувствуя, как крупные соленые капли скатываются по щекам. – Все пройдет, - говорит он, а я больше не верю, потому что теперь все бессмысленно.

Моменты близости Китнисс и Пита в разные временные периоды. Раз за разом они оказываются наедине и им многое предстоит узнать друг о друге.

Я постоянно мерзну, и он знает об этом, и ему совершенно необязательно напоминать мне об этом так часто. Я люблю сидеть неподвижно, невзирая на урчание в желудке, крики Лютика или внезапное отключение отопления во всем Дистрикте, как сейчас. Особенно я люблю занимать себя этим осенью по будням, когда Пит уходит на работу, потому что делать больше нечего. Правда, сегодня я засиделась.

— Значит, если у нас будет секс — тогда я негодяй. А если я хороший, тогда никакого секса? Так? — Да — Остаюсь негодяем! (Keinohrhasen)

После восстания и возвращения в Двенадцатый, Китнисс пишет письмо Питу, в котором просит простить ее за некоторые вещи...

А что, если бы тогда, после взрыва арены, Пит, Джоанна и Бити попали бы в Тринадцатый, а Китнисс и Финник полетели в Капитолий? Как бы тогда сложилась эта история?

Отряд добровольцев из Тринадцатого дистрикта возвращает Пита из капитолийского плена. Яд ос-убийц не оказал негативного влияния на его разум. Китнисс надеется на воссоединение с напарником и пытается открыть свои чувства. Но война еще не окончена, и молодых людей ожидает еще очень много преград на пути к свободе.