В результате ряда неудачных событий Шан Цинхуа оказался на волоске от гибели. Если бы у него было свободное время, он бы передал эстафету, но работы слишком много, а помощников, на которых он мог бы положиться, мало. Пока Шан Цинхуа не узнаёт, что для этого у него есть люди.

Шан Цинхуа устал быть комедийным персонажем своего собственного романа. Бин-ге ищет мужа. Каким-то образом эти две вещи исправляют друг друга.

Итак. Его вторая смерть, его третья жизнь. Он находит себя более утомлённым этим, чем можно было ожидать. (Или: Шан Цинхуа умирает, рождается в очередном мире с самого начала, и теперь он слабая невинная девочка, которая нуждается в защите, даже если его братья почему-то утверждают обратное, отец хочет отдать её замуж первому встречному, а старейшины считают его проклятием их рода.)

Шан Цинхуа понадобилась помощь в деле об отравлении растениями, и он позвал Лю Цинге "на подмогу". Шэнь Цинцю был недоволен, когда, вернувшись в секту, узнал об этом. (Или: Шэнь Цинцю не уверен, огорчен ли он тем, что Шан Цинхуа не доверяет ему достаточно для папапа, или тем, что Лю Цинге трогает Шан Цинхуа.)

У Ло Бинхэ было всё, чего он только мог пожелать, но после того, как он увидел себя со своим шизунем, всё стало казаться ему пеплом во рту, и он решил повернуть время вспять, чтобы все исправить и понравиться своему шизуню. Единственное, чего он не учёл, так это того, как сильно это повлияет на мир, который он знал.

— Ты должен мне все те деньги, которые украл с моей карты. — Иначе что? Снова пропадёшь на семнадцать лет?

Скалл никогда не спрашивал кто состоит в Каркасса. Никогда.

Жизнь венценосных близнецов была полна страха, пока с их мамой не случилось... что-то.

AU в которой Череп застрял во временной петле с... Реборном!?

Пелагетто Фрейя была главным антагонистом известной отомэ-игры «Mafia love». Являясь невестой наследника Вонголы для закрепления союза в Италии, она не раз строила козни главной героине, успевая при этом унижать и незадачливого жениха с его друзьями. Было неудивительно, что почти в каждом конце рута любых из парней, ее либо жестоко убивали, либо отправляли в конечную ссылку заграницу. И мне было бы действительно все равно, если бы в один момент она не стала моей очередной головной болью.

Омеги считались слабыми, очаровательными созданиями, желающими лишь одного — сильную альфу, за широкой спиной которой они могли спрятаться от бед, да раздвинуть ноги перед этим самым альфой во время течки, превращаясь в жалкие, умоляющие их трахнуть кучи. И Скалл скрывал свой второй пол — но что делать, если его семпаи все равно узнали? Что делать, если у него нет никакого выбора, кроме как с ними переспать? Сможет ли он справиться с ними и с самим собой? Скалл не знал. Ему было страшно.

После снятия проклятия Аркобалено получают воспоминания предыдущих носителей проклятия. И теперь они пытаются разобраться, что происходит, и как им наладить свою жизнь, имея воспоминания десятков и сотен людей, живших века и тысячелетия назад. *Аннотация для первой главы ... Миленькая история про любовь в АУ Будет пополнятся (возможно)

За окном занялся рассвет, и блёклое небо внезапно оказалось голубоватым. Что было гораздо симпатичнее грязновато-сизо-серого. Он никогда не видел такого неба, ни на одном из планов Древа Жизни. Оно казалось… почти красивым. — Оби-Ван Кеноби, — одними губами произнёс золотисто-рыжий падаван, глядя в зеркало и пытаясь заставить себя привыкнуть к отражению. Кхамали Малар... Она должна умереть окончательно. Ей, воспитаннице Храма-на-крови, не место в Храме джедаев.

Реборн не мог принять то, что он не являлся кем-то особенным для Скалла.

Я ждал тебя долго. Очень долго. И теперь никому не отдам, потому что ты - моё Небо.

Жизнь Михаила наконец становится нормальной, как судьба вновь бросает кость, и он уже не Михаил, а Микаэль и он — ребёнок. Или, попаданец в Скалла до становления Аркобалено Облака.

Адриан Агрест любил школу, но не любил акум, которые не любили Хлою, которая не любила школу, которую любил Кот Нуар, который... Кхем, ну, в общем, понятно.

— А как ты собираешься найти ее? — Методом исключения. Я не Ледибаг, ты не Ледибаг. — И Жан — не Ледибаг! — Насчет него нельзя ни в чем быть уверенной... Подозрительная личность... — Хлоя говорила так уверенно, что Агрест впервые в жизни засомневался в своей ориентации.

— Она же заикается перед тобой постоянно! — вскипела Алья. — Неужели ты не видел? Путает слова, не может ничего выговорить! Понимаешь, что это значит?! — Заикается... — на лице Адриана отразился сложный мыслительный процесс, заставивший Сезер понадеяться на наличие у него мозгов. — Это, конечно, проблема. Но, думаю, я знаю, как ее решить! — гордо заявил он. Сезер резко активизировалась и затаила дыхание. — У меня есть один знакомый логопед, который...

— Что значит «мне далеко до моей же... филейной части»? — Адриан начал разговор с наезда. Хотя не особо злился. Больше радовался, ведь все обошлось. Но этот вопрос продолжал его волновать. — Да это я так ляпнула, — сверкнула странной улыбкой Хлоя. — Просто в спандексе лучше видно. А что это тебя так волнует эта тема? — Я... — Адриан покраснел и тут же перевел разговор в другое русло. — Я, кстати, хотел попросить тебя о помощи... — Опять? — Снова.