совместный ужин должен был примирить семьи новоприбывших чужаков и жителей острова; Нетейам поймал на себе огненный взгляд Аонунга, отчего принц водного клана таинственно усмехнулся. уши наследника племени Оматикайа так забавно дёрнулись вверх от смущения, что Аонунг не в силах был сдержать игривый смешок: — что-то случилось, сын? — Тоновари вопросительно изогнул бровь. — прости, отец. плод, который я попробовал, оказался до неожиданности сладок.

- Знаешь, я и не предполагал, что когда-нибудь окажусь здесь. - сказал вдруг Нетейам. Он слегка повернул голову, чтобы взглянуть Аонунгу в лицо. - Где? В Ава'атлу? - уточнил парень, усердно работая над его косичками. - Это не так далеко от места, откуда вы прибыли. Нетейам лишь закатил глаза. - Ты же понимаешь, что я не об этом. - он опустил взгляд, возвращаясь к созерцанию водной поверхности у себя под ногами.

— Я уже говорил тебе об этом, но скажу снова, — Аонунг провел большим пальцем по острой скуле Нетейама, и подался ближе, пока их лица не оказались в паре дюймов друг от друга. — Ты не умрешь, Нетейам. Не умрешь потому, что я этого не допущу.

Нетейам затаил дыхание. Руки Аонунга были тёплыми и мягкими, контрастируя с температурой его собственной влажной кожи. Щеки Нетейама порозовели, а тело наполнилось рокочущим чувством, которое можно было описать только как...

Нетейам и его семья находят убежище в деревне Меткаина, чтобы защититься от врага своего отца, Куоритча. И как старший сын, он должен быть рядом со своими родителями, младшими сестрами и со своими младшим братом. Но Нетейам никогда бы не подумал, что он влюбится в старшего сына вождя Метакайина. Нетейам х Аонунг

- Я понимаю, но ничего с этим сделать не смогу, я устал бродить отчаянно по рифам. У меня странное чувство... Больше ничего не приносит удовольствие... Отец, я хочу вернуться домой, пока... Не навсегда, просто проведать племя Оматикайя... И мне не нужно твоё одобрение, как бы ты не злился, и не переживал. Сейчас всё тихо, небесные люди не смогут добраться до меня... (Если бы Нетейам не умер)

— Горько, — едва прохрипел Нетейам, задохнувшись в кашле. Его уши беспорядочно то прижимались к голове, то выпрямлялись, а рядом, не скрывая своего веселья, смеялся Аонунг.

– Че ты прицепился как Илу к корзинке с моллюсками? В порядке я, ясно? В следующий раз смотри, куда бросаешь. Нахрена вы вообще это делали? – Играли в игру, что отец показал в детстве. Суть проста, берешь камень, достаточно тонкий, но не слишком, размахиваешься и кидаешь. Он, будто бы Илу, скачет по поверхности, оставляя после себя круги на воде. Она еще называется «Блинчик». Понятия не имею, что это, но в подробности не вдавался.

Что произойдет, если Аонунг и Цирея поменяются телами с нашими любимыми братьями?

Нетейама прижимают к какой-то скале в очередной стычки, Аонунг уже не боится навредить, вжимая того в холодный камень, ведь рана зажила давно. Им обоим это нужно, чтобы наконец разобраться в своих чувствах.

Чувства с каждым днем только росли, случайные касания разжигали пожар по всему телу, заставляя сердце биться быстрее, чаще. Он по уши втрескался в Рифового Принца и назад дороги не было. Раньше он с уверенностью мог назвать себя смелым, если не бесстрашным, но сейчас…

Нетейаму с трудом удаётся ужится с кланом Меткаийна. В этом ему помогает сын вождя Аонунг - наглый На'ви, который так и не упускает возможности поиздеваться над его братом.

После смертельного опыта, полученного в стычке у "Трех братьев", Нетейам очнулся дезориентированным. Теперь он должен решить, что ему важнее - желания его сердца или то, чего от него ждут.

— Ло’ак! Ло’ак, вставай! — «такой до боли знакомый голос, который я так сильно желал вновь услышать. Я умер? Последнее что я помню — это нападение Небесных Людей…» Ло’ак почувствовал сильный удар по лицу и резко поднялся. «Какой хрен меня ударил?!» — подумал он и уже собирался вмазать рядом сидящему На’ви, пока не увидел почти позабытое лицо. Изящные и чёткие черты лица, которые так сильно похожи на мамины. Нетейам.

Прошло несколько дней с прилёта семьи Джейка. Но Аонунг не может понять, почему его вдруг начало тянуть к старшему сыну, что же его так влечёт в нём.

Нетейам всю жизнь старался угодить семье и племени, слепо следуя готовому пути: стать оло’эйктаном, выбрать подходящую женщину, переложить своё бремя на плечи детей. Но его сердце рвётся к другому — к пути, который никто не одобрит. И он годами глушит свои желания, предаёт мечты. В семье Салли и так хватает бунтарей — дерзких, бросающих вызов системе. Но один на’ви — с бездонными, невероятно чистыми голубыми очами — вновь разжигает в нём огонь. И Нетейам не устоит перед океаном его взгляда.

-Твой брат... Мы оставили его за рифом..

Тело встретившись с подводными скалами, больно ударяется о твердую поверхность. В легких пропал воздух, а вместе с ним ускользают и силы. Сознание покидает разбитую голову и голубые глаза медленно закрылись.

Новый дом не похож ни на что, к чему привык Нетейам. В отличие от своих родных, он боится, что так и не сможет к нему привыкнуть.

Аонунг с самого начала не мог принять семью Салли. Он никогда не хотел быть их проводником, тем более другом. Детям леса и океана не суждено было существовать на одной территории. Но, по мере того, как дни превращались в месяцы, он всё больше смотрел, в сторону старшего сына Турук Макто, Нетейяма. И начинал задаваться вопросом, не ошибся ли он.