Ким Намджун, герцог Северных просторов, приближенный короля и один из его самых близких вассалов был по истине роковым мужчиной, способным на все, даже самые откровенные безумства. Он был восторгаемым тысячами манипулятором, что одним лишь своим словом мог разрушить чью-то жизнь. Он знал цену себе и своему времени и во всю пользовался своими харизмой и обаянием, что склоняли к его ногам десятки и сотни людей, которым не посчастливилось заинтересовать или встать на пути у столь властного мужчины.

- Да ладно, ну какова вероятность, что твои фотки увидит кто-то из знакомых? - Ну знаешь ли, какова бы не была эта самая вероятность, я не хочу рисковать. - Ты проиграл! - Чимин, порой я тебя ненавижу...

Намджун знает, что любая хорошая песня состоит из множества компонентов — это звук, это басы, это инструментал, множество и множество звуковых дорожек. Намджун знает, что ему нужно. Он знает, что сделает песню завершённой и совершенной. А вот чего он не знает, так это того, как объяснить Сокджину, старшему хёну, между прочим, что для бэк-вокала ему нужны его стоны.

Не то чтобы Джину так уж сильно нравились милые хвостики с красными бантиками, которые он завязал на концерте, но арми от них были в полном восторге и постепенно он сам очень даже проникся. Не подумал он только о том, что не только на арми бантики произведут такой волшебный эффект.

В Аль-Шаире, где омеги — тени под гнётом альф, Джин прячет мечты о свободе за прорезью никаба. Его глаза — единственное, что выдаёт жизнь в этом аду из песка и боли. Но всё меняется, когда в его мире появляется альфа из далёкой Кореи, где омеги дышат свободно.

Дети-подростки – это всегда сложно. А когда твой ребёнок – истинный омега сына твоего истинного, и ещё при этом юный альфаненавистник – это сложность в квадрате.