Эта сдержанность давалась ему нелегко – его искаженная натура жаждала обладания, тотального и физического, но его уважение к Эррору, его благодарность за сам факт его присутствия были сильнее. И именно эта сдержанность начинала сводить с ума самого Эррора.

Найтмер помнил первый раз, когда ему довелось увидеть разрушителя. Какой была его единственная мысль? Как красиво.

Дрим редко кому-то отказывает в помощи. Раздаёт советы, помогает избавиться от одиночества и просто спокойно поболтать. Поэтому за консультацией по любовным делам идут именно к нему

— Т-ты дей-действительно дума-дума-думаешь... — Эррора внезапно прервал кликающий звук сбоя системы, впрочем, тот восстановился так быстро, что Найтмер едва смог заметить полоску ПЕРЕЗАГРУЗКИ над его головой. — К-кто, блядь, посмел сме-смеяться над тоб-тобой?! — Никто из тех, кто остался бы в живых, — резко заверил его Найтмер.

—Новый прикид, босс?—С капелькой яда в голосе спросил один из диванных жителей особняка Найтмера. Киллера смерил острый и холодный взгляд сапфирового зрачка. Найтмер отвернулся, и, подняв одну руку на уровень собственного носа, гордо и красиво поправил перчатку, потянув за ее нижний край. Стоило бы отметить и новенький элегантный черный плащ, струящийся по его телу и эти лакированные темные сапожки с пряжками... К чему вдруг произошла смена имиджа? А не из-за одной ли наглой морды?

— Дотронься до меня. Обними, прижми к себе. Что может быть непонятного? — Он смотрит вдаль, не сводит глаз с ручьев, мирно протекающих там, в то время пока собеседник сверлит его взглядом. — Тебе же будет больно. Зачем мне это делать? — Мне без разницы, я хочу это почувствовать. Ты ведь любишь причинять боль, так почему сейчас говоришь нет? — С каждым его словом голос становится всё тише и холоднее, а взгляд пустеет.

Учились они на разных курсах, да и познакомились совершенно случайно — на вписке одного из общих знакомых. С тех пор утекло так много времени, столько встреч, совместных прогулок, разговоров… проведённых вместе обедов и завтраков, что никто и опомниться не успел, как эти двое стали самыми близкими друг для друга людьми.