Что, если Мунджо наконец доберётся до Чону.

— и правда, как олененок, — восхищенно вздыхает мужчина, а потом приближает свое лицо к чужому, цепляясь пальцами за край стола, — так бы тебя и съел, — и клацает зубами, наблюдая, как зрачки расширяются. не двигается так с минуту, кажущуюся для Чону страшной вечностью, слышит глухой стук в чужой груди, и начинает смеяться, превращая момент в обычную нелепицу, — серьезно? испугался? это же всего лишь шутка. это всего лишь шутка, дорогой.

Мунджо ведет его к кровати, заставляя лечь, разводит голые побитые колени и устраивается между. Чону сдается, прерывая зрительный контакт, прячет лицо в локте, пытаясь не задохнуться от возобновившихся прикосновений: он ведет от коленок к бедрам, проскальзывая под ткань, а потом нависает над ним, тихо шепча "как предложишь мне утолить голод?".

Мунджо попадает под дождь по дороге домой, к Чону.

Мунджо выживает.