У таких, как он, Истинных не бывает. У таких, как я, тоже. Через полгода я выхожу за него замуж.

Вот уже третий год я с завидной регулярностью по утрам проклинаю того человека, который когда-то давно-давно придумал пинать надутый мячик ногами и потом впадать в неконтролируемую ярость вместе с кучей друзей независимо от того, проиграл он или победил. А еще я проклинаю своего соулмейта, который сначала бьет, а потом думает о том, что его, скорее всего, ударят в ответ, и меня автоматически ударят тоже. Перед каждым матчем "Динамо" я покупаю анальгин - и эта схема не подводила меня ни разу.

Все руки Мирославы в пятницу вечером изрисованы маленькими хуйцами. Она даже не возмущается уже – просто скорбно идет за маркером и мстительно зарисовывает хуйцы полностью. Черт бы побрал вписки, соулмейтов и несмываемые маркеры.

Soulmate!AU, где у каждого человека есть предопределённая Чем-то Свыше родственная душа, и первые слова, которые она скажет Вам при встрече, появляются на коже Вашего предплечья в шестнадцатый день рождения.

Все вокруг пахнет дошираком — и даже вино на годовщину, купленное за половину стипендии — но это, вообще-то, знак нашей большой и чистой любви, так что я не особо парюсь.

Я давлю на веки, пока перед глазами все не белеет. Стою под душем по пятнадцать минут, пока в голове не становится пустым-пусто. Пытаюсь – правда, я пытаюсь – это все из головы прогнать. Но, видит Бог, не думать просто не могу. И эта чертова мысль в моей голове ширится, растет, как сорняк в огороде, пускает корни и выматывает меня, практически досуха высушивает. Я могла бы сопротивляться. Ради себя, ради него. Но я не хочу. Не хочу сопротивляться, вообще не хочу.

Почему у всех Пара как Пара, а у меня — злобное животное?