Куроо целует сначала мягко, словно заигрывая, но постепенно распаляется, углубляя поцелуй, постепенно становящийся всё более жарким и влажным. Он вообще жадный, думает Нэнси, полностью прижатая им к стене за шкафчиками, – даже вдоха нормального ей не даёт сделать, дразня её нетерпеливыми обжигающими губами и горячим языком.

От него как-то не ожидаешь, но Нэнси всё равно обжигается — о его спину, расцвеченную следами её ногтей (Тоору всё ещё думает, что всё это ему в пику, и, возможно, так лучше — пусть не принимает на свой счёт), о его тонкие ухмыляющиеся губы, о его взгляд, который он никак не желает отводить и смотрит ей прямо в глаза, будто наслаждаясь их лихорадочным горячечным блеском. О его совершенно неуместные, чёрт побери, реплики.

Каково это, быть девушкой аса?

Спортсмен прекрасно знал, как трудно раскрепостить свою девушку и заставить прекратить смущаться в эти моменты, но не оставлял попыток и надежд. Ему нужно было, чтобы она говорила и просила то, чего хочет. Нужно было слышать ее голос. Он сделает всё, но только если она попросит.

В свой день рождения Атсуму не намерен оставаться без подарка. Этот день он делит вместе с братом-близнецом, но сладким сюрпризом от самого дорогого человека он делиться не собирается.