Просто представьте, что одним теплым летним утром вы просыпаетесь, сладко потягиваетесь, во рту у вас помойка от вчерашний попойки, справа незнакомое мужское тело, а на безымянном пальце левой руки обручальное кольцо. Представили? А теперь орем что есть мочи, потому что вы Пак Чимин. И вы — натурал.

Ну, в общем, ничего такого не случилось. Бежал на физ-ре, упал, потерял сознание, очнулся… и понял, чего же хотят люди. Причем прямым текстом. Ведь теперь я могу читать их мысли! И что-то мне подсказывает, что дело тут вовсе не в шишке на голове. Теперь мне вдруг кажется, что мои знакомые ведут себя очень странно.

Лучшие друзья детства, Тэхён и Чимин, проживают в Корее и ведут вполне спокойную размеренную жизнь. Ничего, как говорится, не предвещало беды, пока Чимин всерьёз не увлекся историей России, куда они с другом и отправились в свой отпуск. Или же не беды? Ведь, приехав в деревню Муходёровка, что находится в Подмосковье, прямо на вокзале они встретили странного цыгана, предлагающего свои... услуги.

Джин – немеченный Омега, проданный на Аукционе. И его заставляют спариваться с одичалым Альфой Чон Чонгуком.

Чимин, доведенный до крайности издевательствами своих одноклассников, решает спрыгнуть с моста. Но, стоя на самом краю под проливным дождем, он и не думал, что совсем скоро станет шлюхой в борделе.

Как сложно скрыть правду, когда хочется о ней кричать. Чтобы знал каждый. Хочется сказать всем: «Смотрите, я не боюсь!». Но он молчит. Потому что это ложь — он боится. Как сложно не сломаться и оставаться сильным, несмотря ни на что. Как сложно любить. Чимин любит невероятно сильно. И улыбается. А когда никто не видит — давится слезами. Но продолжает любить.

— Жаркий мой, — шепнул Марк в самое ушко, которое удачно оказалось у него прямо под губами. — Хочешь еще? Теперь придется подождать, пока расцепимся. Не хочу навредить тебе. Ты все еще такой узенький. Это потом, когда альфы как следует разработают твою славную дырочку, можно будет продолжать играть и с узлом. А теперь просто полежи. Сказанное омеге не понравилось, зацепило. Мальчик весь зажался и как-то даже заледенел, шепнув: — Не будет других альф…

Тогда-то отец и понял, что этот гаденыш действительно выживет. И дело отнюдь не в везении. Ребенок, одним своим рождением убивший сразу двоих, не достоин даже быстрой и неосознанной смерти. Он обречен жить. И жизнь его будет наказанием... АU: в мире, где успех и удача стали абсолютным культом, а цвет волос их безупречным индикатором, даже полтона имеют колоссальное значение.

Этот мужик ему сразу не понравился – максимум тридцатник, а ведет себя как старая грымза. И латте он, видите ли, заказывал с абрикосовым сиропом, а не с персиковым, и печенье ему не то… Все равно ведь съел, так какая теперь разница, имбирное оно было или миндальное? Сволочь… А Чонгука выгонят… Как пить дать выгонят. Он и так хозяйке не нравится – то со столика забудет вытереть, то поклонится криво, то объедки какие-нибудь прямо в зале сожрет.

— Чем будешь расплачиваться за проигрыш? Телом, — чонгукова рука отрывается от капота и скользит по бедру омеги, останавливаясь возле паха, на что Тэхен слегка поджимает губы, сдерживая прокатившуюся по всему телу дрожь, — или тачкой?

Юнги отчётливо помнил, как было больно, когда лучший друг разбил ему сердце. На долгие годы он возвёл вокруг своих чувств железную стену, не позволяя никому пробиться сквозь неё. Однако он и представить себе не мог, что Пак Чимин, светлый юноша с доброй улыбкой, так легко ворвётся в его сердце. И, что самое главное, он окажется сыном человека, которого давным-давно вычеркнул из своей жизни Юнги.

Его губы — грех, а пуанты — дорога в Ад.

Одному кажется, что его разглядывают чересчур пристально, и он не замечает пустоты этого взгляда. Другой слеп от рождения и, в ужасе перед новым знакомством, предлагает облапать себя безрукому. !!! Не для всех. Если Вы не готовы представить ребят с серьезными физическими (и не только) недостатками, не читайте. Чудесных операций, способных вернуть человеку зрение, совесть или конечности, не будет. Но и так тоже живут.

Путь к сердцу мужчины лежит через его собаку.

чимин позволил юнги в детстве из интереса укусить его, но он и понятия не имел, к чему это может привести.

Убегать от волков — это то, что он в своей жизни не планировал. Убежать от волков — это то, что сделать нереально. В его далеко идущих розовых мечтах были-таки вещи, как окончание школы, поступление в институт, встреча с красивым альфой, в идеале — его истинным. Но точно не волки!

Волк находит в лесу умирающего лисёнка.

Чимин был неправильной ведьмой: плохо владел чёрной магией, не мог убить зайца для ритуала, даже демона призывать у него не получалось. Когда ему сказали, что он должен принять участие в традиционном обычае, где по окончании его лишат девственности — Чимин захотел отказаться. Вот только исхода два: либо попрощаться с жизнью, либо с невинностью. Ясно одно — Чимин не хочет умирать.

Мин Юнги вечно чем-то недоволен. Мин Юнги постоянно даёт Чимину подзатыльники, когда тот несёт какой-то бред. Мин Юнги хмурит брови (даже когда спит). У Мин Юнги два прокола в правом ухе, три – в левом. Запястья – эрогенная зона Мин Юнги. И Чимин (вроде как) не должен был знать последнего пункта.

Каждый из нас предан. Кому-то или кем-то. — Но ты же обещал... — совсем тихо шепчет омега, пытаясь сдержать рвущиеся наружу всхлипы. «Отпусти его, он сам сделал свой выбор, он мерзавец и не стоит твоих слёз», — шепчет внутренний голос где-то на подкорках разума. — Но разве мерзавец мог оставить после себя настолько прекрасное? — почти неслышно проговорил омега, заходясь в рыданиях.