— Что ты имеешь в виду… — его голос тихий, поэтому он сглатывает ещё раз, прежде чем продолжить. — Объясни, что ты имеешь в виду под «я могу смотреть»... потому что у меня чувство, что мы не понимаем друг друга. Чонгук выглядывает сквозь пальцы, а затем, вероятно, видя контролируемое и спокойное выражение лица хёна, полностью убирает руки и кладёт их на бёдра. — Я не имел в виду, что хочу наблюдать, как ты дрочишь, — тихо поясняет макнэ. — Тогда что? — настойчиво спрашивает Юнги.

— Я не могу… — Чон пытается снова, затем резко выдыхает, делает глубокий вдох и, — я не могу прийти. — Прийти куда? — спрашивает Намджун. — На завтрашнее интервью? Это нормально. Мы что-нибудь придумаем. Поменяем расписан- — Нет, — перебивает его Чонгук, краснея и глядя вниз на свои колени. Он не может поверить, что должен сказать это снова. — Прийти, в смысле… как… до конца. До оргазма.

Он не прекращает, его ладони давят сильнее. Он проводит по коже Юнги ребром ладоней. Старший пытается насильно контролировать свое дыхание, но Хосок все равно видит его насквозь. Именно поэтому Юнги не просит делать массаж. Юнги закрывает глаза, он не хочет видеть усмешки, что появилась на хосоковом лице. Это так глупо. Его самоконтроль будто отсутствует. Когда Хосок разминает место, где соединяются шея и плечо, он чувствует, как кровь направляется прямо в пах.

И всё-таки. Что он теряет? Он просто расскажет им о своей проблеме, как хороший тонсен для своих хёнов. Возможно они помогут ему решить ее. И возможно, что решение его проблемы это – секс с ними. А возможно и нет. Но может быть. Он не просто подойдет к ним, выпалив что-то вроде «Я хочу, чтобы вы лишили меня девственности», но он надеется, что они предложат это. Возможно от этого пострадает его собственная гордость, но не сильно, потому что он уверен, что они не будут смеяться над ним.

«О каком одолжении ты говорил?» — спрашивает Намджун. «Точно, — отзывается Хосок, — вчера я слегка набрался, и мне в голову пришла потрясная мысль. И даже когда я протрезвел, она всё равно кажется неплохой, поэтому я и пришёл» «Так что там?» — любопытствует Юнги. Хосок глубоко вздыхает и несколько секунд многозначительно смотрит на него. «Можно я тебе отсосу?»

Чонгуку двадцать один, он с малого возраста заперт с шестью парнями и кучей нереализованных желаний. Это же ничего?

— Никому это не нравится, — выдыхает Чонгук со смехом. — Никому из тех, кого я спрашивал, — кивает Хосок. Чонгук на секунду встречается с ним взглядом и у него перехватывает дыхание так, будто он собирается что-то сказать. Он бросает взгляд в сторону, потом опять на Хосока, закрывает рот и сглатывает. Несколько мгновений они молчат, а потом… — Тебе… тоже это нравится? — тихо интересуется Чонгук. — Согревание члена? — как можно небрежнее уточняет Хосок.

Клан Учиха погиб. А вскоре стечение обстоятельств и неточные формулировки привели в Коноху одного веселого духа. Последствия не заставили себя ждать.