История о жизни девушки из Думстранга, которая приезжает в Хогвартс, и все было бы хорошо, если бы за ней не начал ухаживать один из братьев-близнецов.

Лето… тот самый сезон, который ждут, кажется, все. Пора отдыха, друзей и мальчиков. Но ведь с Соней Майер не всё так просто, не так ли? Мистика окружает её повсюду, никакой дух не позаботится об отдыхе девушки, или… всё же есть один? Но ведь и с ним всё не просто. Такой самоуверенный, заботливый… Он ли это? А вдруг он и правда питает весьма не дружеские чувства к хранительнице своей книги?

Варя, и влад с детства друг друга ненавидят. У них своеобразная война. Но в один момент, Варя понимает что влюбилась. И ни в кого-то, а именно в влада. И теперь правила войны меняются. Остаётся только одно правило " кто первый скажет люблю, тот и проиграл" Знаю что таких фф много, но все же решила написать, вдруг вам понравится.

Микаса думала, что дыра в ее сердце после отказа Эрена, никогда не заживет. Однако, у нее было так много работы, что она занимала все ее мысли. Разведкорпус занят больше, чем когда либо созданием новой базы и обучением новых разведчиков. Сама Микаса была назначена работать под руководством капитана Леви, чтобы обучить разведчиков новому стандарту. Однако, вскоре она обнаруживает себя в его подчинении, которое никак не соотносится с рангом.

— Посмотри на меня, Кёджуро, — почти ласково просит демон. — Не смей называть меня по имени.. — как только Ренгоку открывает рот, кровь начинает сильным потоком струиться по подбородку, капая на грязную чёрную ткань, — как будто у тебя есть на это право. Аказа злобно усмехается. — Знаешь что, Кёджуро, зря ты думаешь, что у меня нет права называть твоё имя. Я победил тебя, и я могу делать с тобой всё, что захочу. По всем существующим правилам, теперь ты принадлежишь мне. Ты мой трофей.

Мидория хочет сделать подарок Роди. И не важно, что сегодня нет никого праздника. Разве подарки дарят только на праздники?

Дни в тюрьме ужасно скучные, и Дазай предлагает Фёдору развлечься. Тот же не представляет, как это можно сделать в стенах их камер, однако у Осаму есть тайны, которыми он с радостью поделится, если Достоевский откроет ему свои.

Всего лишь сон, положивший начало их игре.

Все ошибаются. Почему же только Чайльду так дорого обходятся его ошибки?