Из всех автомобилей города Юнги угнал Rolls-Royce Phantom. Всё бы ничего, но Намджун зовёт свой роллс "малышкой".

Мин Юнги никого не боится. Не боялся, пока не встретил Ким Намджуна.

Юнги начинает подозревать, что с его альфой что-то не так, когда тот приходит с работы уж слишком уставшим, каким-то неестественно бледным, почти зеленоватым, отказывается от ужина и, едва приняв душ, уходит в спальню, обменявшись с мужем лишь парой фраз.

Однажды на зелёной полянке, окруженной могучими деревьями, отдыхала волчица, вылизывая жалобно-пищащий комок под боком. Было это место священно для нее, породила она здесь недавно волчонка лунно-белого окраса. Никто не смел потревожить момент первой встречи. Да и дела до них никому нет. Покинула стаю волчица. Одна осталась с кутенком на руках. Так ещё с каким, с альбиносом! Нельзя показывать никому свое сердце, нужно сберечь, спрятать глубоко в лесу, оградить от возможной опасности.

— Хён, — мужчина, предварительно постучав в дверь, проходит в студию Юнги. — можно? — Да. Ты что-то хотел? — продюсер даже взгляда не поднимает. — Только кратко и по существу. — Переспи со мной, — без раздумий выпаливает младший.

Юнги на дух не переносит того, за кого его выдали замуж, а Намджун знает, что скрывает его супруг.

Закон о праве первой брачной ночи звучит, как проклятие для каждой любящей пары здешних земель. Этот варварский обычай мрачной тенью ложится на души омег, что становятся жертвами столь бездушных правил. »--•--« — Вы бы позволили умереть человеку, которого любите? — Я бы не позволил любимого человека забрать, — хоть голос и остаётся спокойным, Юнги видит, как в его глазах пламя разгорается. — Сколько бы воинов ни пришло, я бы не отдал своего омегу никому.